Но у него она вроде посильнее получалась. Хотя какие мои годы".

Пока я предавался размышлениям о новых способностях, моя "квартирная хозяйка" с аппетитом "пожирала" души наёмников.

Глава 25

Глава 25

Из лекций в высшей имперской военной академии.

...как и у магов у героев есть своя иерархия. Начинается она с медного ранга первой ступени. Такой герой почти не отличается от сильного тренированного воина, но уже герой третьей ступени без усилий справится с тремя-четырьмя опытнейшими солдатами. Ещё две ступени вверх и даже у высшего мастера меча практически не будет шансов победить такого героя. Железный ранг ещё больше возносит героя над людьми, с подобным существом, уже не справится и центурия солдат, даже если герой имеет начальные ступени. На стальном ранге у героев начинают проявляться, так называемые "таланты души". Такие таланты могут быть очень разнообразными и иметь как ярко выраженный боевой характер, так и совершенно мирное направление. Кроме этого растя в рангах и ступенях герой становится сильнее, быстрее, а его "броня духа" крепче. Для примера, "броню" героя серебряного ранга, обыкновенный человек, обычным оружием, просто не сможет пробить, даже если герой будет просто стоять и позволит себя атаковать.

О героях золотого ранга известно мало, так как таких только трое на весь Эридан.

Каждый такой герой это стратегическое оружие государства.

Появление подобного героя на фронте мгновенно обесценивает всю армию противника вместе с магами.

И хвала богам, что все трое подданные Империи.

По случаю полуденного зноя чайхана была пустой. Меня встретил флегматичный старый раб в чалме и сером халате. Молча отвёл меня в зал разделённый полупрозрачными занавесками на "комнатки". В каждом таком кабинете был низкий круглый столик, ковры, похоже в этом городе они были повсюду, и куча подушек. Заказав простой, а главное дешёвой еды, молчаливому старику, печально уселся на подушки, размышляя о приближающемся финансовом крахе.

Отодвинув занавеску вошла девушка с медным подносом в руках, опустившись на колени перед столом, принялась ловко выставлять тарелки. На лице девушки была прозрачная ткань, что якобы скрывала её милое восточное личико, стрельнув в меня чёрными любопытными глазами, легко поднялась и бесшумно исчезла за занавесками. Налив себе чёрного, горького чая, на сладкое у меня не было денег и стал уныло жевать душистую лепёшку с маленьким кусочком мяса. Увы, но денег было в обрез, а ещё предстояло позаботиться о ночлеге.

Усилием воли отодвинул в сторону грустные мысли и усевшись "по турецки" поджав под себя ноги, взял в руки свой "Экскалибур". Сняв тряпку, что скрывала его великолепие, тяжело вздохнул.