– Я же говорил, наш книгочей любого чиновника до смерти заговорит, – рассмеялся Рольф.

Сигурд отправил один из своих кораблей за водой и, обращаясь к Рольфу, задумчиво спросил:

– А сами-то вы с охраной пойдёте?

– Не знаю. Об этом с ярлом говори, – покачал головой гигант, словно случайно наступая на ногу Вадиму.

Чуть не взвыв от боли, бывший спецназовец с трудом удержался от того, чтобы снова не сбросить огромного обалдуя за борт. Отодвинувшись подальше, Вадим присел на банку и, делая вид, что натёр ногу, скинул сапог, старательно разминая пострадавшую конечность. Насторожённо покосившись на него, Сигурд жестом подозвал к себе своего кормчего и, ткнув пальцем в Вадима, проворчал:

– С этого грамотея глаз не спускай. Он знает намного больше, чем говорит.

– Так же, как и все вы, – пожал плечами Вадим.

– Что ты хочешь сказать? – насторожился Анхель.

– То, что вы тоже не всё рассказали о прошедшей зиме.

– И что ты хочешь знать? – скривившись, нехотя спросил седой кормчий.

– Всё, что заставило вас уйти от Олафа Рыжего. Чем он вам так насолил, что вы решились бежать?

– Мы не бежали, а ушли, – огрызнулся Сигурд.

– Тот же хрен, только в левой руке, – отмахнулся Вадим. – Как это ни называй, а пятки салом вы смазали. Так что лучше не злись, а дело говори.

– А ведь мой побратим прав. Как ни называй, а всё равно получается, что вы сбежали, – усмехнулся Рольф. – Поэтому лучше расскажи ему всё по порядку. И учти, вздумаешь дурить, его щит я держать буду.

Удивлённо косясь на великана, Вадим лихорадочно вспоминал, что означают эти слова. После короткого раздумья ему припомнился один из многих обычаев северян. На поединок чести могли выйти двое. Друзья или побратимы. Вызванный сражался выбранным оружием, а его партнёр прикрывал его щитом. Получалось, что в одном поединке, сражались не двое, а четверо, а фраза «держать щит» означала то же самое, что и обычное «будешь иметь дело со мной».

Слова Рольфа для пришедших прозвучали весьма внушительно. Растерянно переглянувшись, северяне заметно скисли и, рассевшись по банкам, вопросительно уставились на Вадима. Понимая, что пришло время задать интересующие его вопросы, Вадим задумчиво накрутил на палец прядь своих волос и, вздохнув, проговорил:

– Давайте сделаем так, парни. Просто расскажите мне всё, что сами сочтёте нужным. Это не праздное любопытство. Вся беда в том, что Рыжий не просто унизил соплеменников. Он прогневил Одноглазого.

– Что-о?! – взревел Сигурд, вскакивая на ноги.

– Заткнись и сядь. Парень правду говорит, – осадил его Рольф, моментально вырастая рядом с ярлом.