— Мы не знаем. — Мне показалось, что в голосе Нины мелькнула нотка сочувствия к доктору Крылову. — Но узнаем обязательно…

— Да откуда вы вообще взялись? Похоже, Нина, ты подслушала наш с доктором разговор в госпитале. Между прочим, подслушивание сейчас порицается даже в развивающихся странах.

— Мы не могли пустить это дело на самотек. Кстати, из-за того, что мы стали следить за тобой, твоя misere душонка осталась прикрепленной к телу. Пришлось мне и катер нанимать, и гидрокостюм напяливать, и подвал затоплять, чтобы проникнуть к тебе с неожиданной стороны. Иначе перестрелка длилась бы много дольше, поучаствовали бы в ней менты и чекисты, и получилось бы больше трупов… Короче, после всего сказанного, Хвостов, ты должен сотрудничать с нами.

— Иначе вы меня грохнете?

— Не исключено, mio amico Егор. Но еще вероятнее то, что мы тебя отпустим — и ты не проживешь двух дней, потрошители обязательно до тебя доберутся и расфасуют. А пойдешь в милицию — так тебя же она упрячет на нары, бегал ведь от нее.

— Я не стану, виляя хвостиком, сотрудничать с ЦРУ. Не дождетесь, господа! — твердо было заявлено шпионам и реакционерам из Лэнгли.

— Я не из ЦРУ, я из особой неправительственной организации, которая занимаемся… ну, поисками неправедно накопленных сокровищ. Базируется она в Лозанне, — сообщила не слишком внятную информацию госпожа Леви-Чивитта.

— Ах, Лозанна… И в чем мое сотрудничество будет заключаться, Нина?

— Ну, во-первых, Хвостов, ты полностью расколешься и расскажешь нам все, что тебе известно.

— Ага, разбежались. Я потреплюсь, а потом мне скажут «спасибо» и под зад коленкой. Мне нужны гарантии, что после того, как я объясню вам, что почем, меня посадят на самолет, летящий в Гонконг, и сунут в карман десять тысяч баксов в счет найденного в будущем сокровища. С оттопыренным карманом я, пожалуй, сумею обеспечить свою безопасность.

Дама откупорила ловкими и сильными пальчиками две банки пива, одну из них протянула мне.

— Егорушка, ты правильно сказал, что сокровище найдется в светлом будущем, in futuro, так что пока никаких тысяч баксов. Кроме того, все что ты знаешь, я уверена, тянет на какую-нибудь сотню долларов, поэтому рот особо не разевай. — Нина разбиралась «что почем» и я сразу сообразил, что имею дело с матерой капиталистической акулой.

— Несмотря на этот беспрецедентный прессинг, уверен, что вам чего-то от меня требуется… — я прихлебнул халявный «Tuborg». — Ладно, возьмите меня в дело, согласен на процент от прибыли… Или…

Я еще раз обозрел Нинины ножки, повел рентгеновский взгляд от круглых коленок выше и выше. Неожиданно включилось и заработало мое секс-начало.