Выстрел, непривычно сильная отдача, над бровью у неприятеля появляется красный пузырь и тело ложится плашмя в воду.

Тут же с разных сторон от меня появились фонтанчики, противник с двадцати шагов лупил с двух стволов. Я успел несколько раз выстрелить, удерживая пистолет обеими руками, прежде чем вражеская пара вышла из игры: один шлепнулся в воду, другой осел в кустах. Вскоре ясно стало, что не из-за моих снайперских способностей. На берегу появилась Нина, оснащенная сразу двумя «пушками».

Мадам, оказывается умеет, и по-македонски стрелять. Я выбрался, наконец, на берег и туповато глядел на два трупа, маячившие парой темных пятен на воде, на того мужика, что застрял в кустах. А ведь тоже джигит, с кавказской бороды кровушка капает. Опять люди Аслана?

Нина налетела как ураган и потащила прочь.

— Ну, что трупаков, не видел что ли? Включись же ты, олух. И выбрось этот пистолет в воду.

Я в этот момент даже не обратил внимания на то, что уж слишком «по-нашенски» гражданка иностранка разговаривает.

— А что, милиция уже едет?

— О, mamma mia, откуда мне знать? Зато я точно знаю, что мы опаздываем на поезд в Москву.

— Но почему в Москву? Сайко никому не сказал, куда именно он уматывает.

Мы пробегали через сосновый лесок и торопились отнюдь не в ту сторону, где стоял «вольво». Кроссовая подготовка у Нины явно уступала стрелковой, поэтому она то и дело подставляла свою талию для поддержки.

— Егор, у Сайко на этой даче телефон, запоминающий номера. Легко было узнать, что ему сегодня звонили с московского вокзала, видимо уточняли номер кассы, в которую генералу-минералу надо обратиться.

Что-то забибикало в кармане у Нины и она приложила рацию к уху. Если точнее, к красивому довольно ушку, дополненному спускающейся кудряшкой и сережкой-пуссетой, которую не вырвешь.

— Поезд вместе с Сайко только что проследовал Тверь, хорошо, что его засекли со спутника. Нам неплохо бы поторопиться, сеньор Егор.

Прежде чем усесться во вместительное «вольво», мы добрались до станции Комарово и доехали до Финляндского вокзала. А там уже на автомобиле до Московского, где загрузились в одиннадцатичасовой поезд. Билеты в одно купе даже Нине за пять минут до отхода достать не удалось. Хорошо хоть вагоны у нас были соседние.

Мы встретились с госпожой Леви-Чивитта после посадки в тамбуре. Сперва я ей рассказал про странного дедулю, который считает себя знатоком Поля Судьбы и обладает страшным ледяным глазом.

— Не исключено, что это Бореев, бывший научный руководитель хронально-фатумных экспериментов. Ему, видно, есть за что не переваривать генерала Сайко, — отозвалась Нина.