В конце концов я не выдержал.

– Вы мне можете объяснить смысл происходящего? – спросил я и махнул рукой на выстроившийся за моей спиной строй красных фуражек. – Почему всем этим парням необходимо глазеть на меня?

Принца Руперта явно интриговало мое пальто.

– С удовольствием подарил бы его вам, если бы мне было в чем выйти на улицу, – предложил я, когда он в пятый раз спросил меня о нем.

Пришлось спеть ему печальную песнь о судьбе моего собственного пальто, которого я лишился благодаря славному директору. Я не преминул добавить еще пару куплетов о бедном мистере Йене, которому никак не удается дошить ему замену – опять-таки благодаря славному директору.

Славный директор стиснул зубы.

Полковник Туп лично проводил меня к выходу:

– Здорово держались, Гаррет. Не позволили нам поколебать вас. Даже почти убедили меня в том, что вы говорили правду.

У меня сложилось немного неприятное впечатление, что я, сам того не зная, прошел какое-то сложное испытание.

– Абсолютную правду. У меня нет причин скрывать что-либо. Особенно с учетом того, что во всем этом замешаны люди с Холма. – Имена этих людей несколько раз всплывали в разговоре, но у меня сложилось впечатление, что принца они не интересуют. Куда как больше его интересовали дети. И я. – Мистеру Вейдеру, равно как и мне, гораздо выгоднее, чтобы вы знали правду. Хорошие отношения со служащими Короны могут нам пригодиться. Не говоря уже о том, что это долг каждого подданного…

– Не зарывайтесь, Гаррет. Ваша готовность к сотрудничеству имеет свои пределы.

Ну да. Кое-какие несущественные подробности я опустил. Однако ему совершенно не обязательно было знать о способностях Джона Растяжки. Равно как о невероятном драконе неимоверной мощи, стерегущем сокровища где-то глубоко под «Миром».

– Я блюду интересы своих клиентов. Случается, посвятить вас в происходящее полезнее для дела.

Ему стоило вбить это себе в башку. Тем более это истина, незыблемая как скала.

– Верно, – подмигнул полковник. – Смотрите не замерзните там, Гаррет.

82

– Привет, Гаррет! Славное пальтишко, – сказал Плоскомордый, когда я проскользнул в дверь «Мира». – Что за мех?

– Бобер, полагаю.

Я хорошо понимал, почему Тарп и его команда забрались в театр. Призраки не проявляли активности, и внутри было почти тепло. Вода оставалась текучей.