Одна из тварей отошла от стаи и осторожно приблизилась к нему, будто обнюхивая. Шевеление чешуйчатого рыла выглядело именно так. Халлек стоял, боясь даже вздохнуть лишний раз. Он уже рассмотрел пасти с рядами узких острых зубов. Тварюга подошла ещё ближе, задрала голову. От неё ничем не пахло, ни просто зверем, ни характерными запахами подземелья. Подвеска? Больше на Халлеке не было ничего необычного, да и сам он считал этот металлический коготь просто указателем на творящуюся поблизости волшбу. А сейчас подвеска была холодной. Возможно, твари и были когда-то созданы c помощью магии, но сами не обладали ею нисколько. Тогда что вызвало интерес чешуйчатой морды? И сколько лет самой подвеске? Кто ею владел? Сейчас узнать было уже не у кого.

Тварь, очевидно, чего-то ожидала. Халлек осторожно убрал меч в ножны и протянул руку. Морда шевельнулась, подставляя чешуйчатую броню под ладонь. Нордхеймец коснулся прохладных сухих чешуек, совершенно не похожих на змеиные. Они скорее походили на треугольники из плотно сросшихся шерстинок. Все трое спутников смотрели на него заворожённо.

— И как же тебя звать? — спросил он у тварюги, ни на что особенно не надеясь, и в ответ услышал как будто тонкий-тонкий писк, у самой грани слышимости.

— Ну ладно. Ты здесь главный? Или главная?

Тварь согласно опустила голову, потом вернула загривок под ладонь.

— Тогда веди. Сможешь показать нам свои владения?

Голова кивнула и наклонилась словно с укоризной — дескать, я-то и не смогу?

Стая развернулась, вышла вслед за вожаком из освещённого круга и скрылась в коридоре. Им не оставалось ничего другого, как пойти за диковинными чешуйчатыми тварями. Халлек наконец понял, на кого они походят. Когда-то за основу были взяты именно рыси. Скорее всего, серебряная подвеска в виде когтя это знак для опознания «свой-чужой». Ничего не излучающий, но отзывающийся на верный запрос. Чешуйчатая зверюга, не обладая глазами, должна как-то находить дорогу в подземельях. Одного нюха мало, значит, они должны быть способны составлять картину окружающего мира с помощью слуха. А чтобы не выдавали себя, им сделали органы, испускающие и принимающие не слышный для обычного уха звук. На него мог отзываться и коготь — мастерство хенлитских магов не имело известных границ.

Стая вела их, держась на самом пределе света. В стороны отходили многочисленные коридоры, простые и перекрытые металлическими дверями, иногда стая поворачивала в ведомом им одним направлении. Халлек прикинул, что идут они так почти половину часа. На сколько же раскинулись подземные галереи? Вдруг шестёрка тварей остановилась. Вожак несколько раз прошёл от стены к стене, позадирал голову, будто смотрел сквозь толщу камня и что-то искал. Потом обернулся на нордхеймца. Дальнейшее стало очередной неожиданностью. Мирно рассевшаяся и улёгшаяся стая вскочила, чешуи приподнялись, задрожали, и плотно прилегли к телам. Образовалась настоящая броня.