— Завьялова — это Жанна. Одна из девушек-контейнеров, — шёпотом выдавил из себя Малюта.

Он был не просто растерян, обескуражен увиденным.

— Я помню список, — отозвался Шрам.

Сержант выглядел скорее крепко задумавшимся, чем шокированным увиденным.

— Ещё два морфа, — раздалось из вставленного в ухо микрофона, — Оба мертвы. Головы отрезаны.

— Пошли осмотрим находку Тунгуса, — распорядился сержант, — Выводы будем делать позже.

Убитый трансформер на основе собаки оказался крупнее предыдущего. Судя по хорошо сохранившимся лоскутьям кожи бежевого окраса с чепрачными подпалинами. Рядом лежало антропоморфное тело и, судя по избыточной массе разлагающихся останков, принадлежало не ведьмаку. Те имели гораздо меньшие параметры, позволяющие им действовать скрытно и ловко. Здесь же валялся какой-то борец сумо. Хотя…

— Изменённый, — сделал заключение Шрам.

— Уверен? — переспросил Малюта, — Ты же говорил, что никогда с ними не сталкивался.

— Почти, — умерил решимость сержант, — Мы предполагали, что в группе паломников был, как минимум один, изменённый. Они конечный продукт эволюционной цепочки преобразований. Контейнер необходим для вынашивания и адаптации генных изменений к физиологии обычного человека. А эмбрион переходная фаза.

— Можно подробнее? Не фига же непонятно!

— Я и так много сказал. Подробности будут, кода получишь соответствующий допуск.

— Так запроси у куратора.

— А он здесь причём? Инструкцию забыл? Твоё руководство должно решить, что ты достоин высшего допуска. Присвоить тебе его. Потом внести уточнение в реестр или обратиться к моему начальству напрямую. Иначе никак.

— На согласование уйдет полгода, ни меньше.

— Согласен, бюрократия, но другого способа не вижу.

— Пошли отсель, — потянул за рукав сержант, — Меня от этой вони мутить начинает. Я солдат, а не патологоанатом.

— Каждому своё, — пожал плечами безопасник, — Мне приходится совмещать обе профессии.

— Кто на что учился. Пошли. Обмозгуем, взвесим и решим, что делать дальше.

— Ну, пошли, — согласился Григорий Лукьянович, отмечая, как Тунгус, срезав и остругав ветку, принялся увлечённо копаться в тухлятине, выковыривая из гнилой плоти опарышей.