Останки оказались не просто обезображены — морф целенаправленно выел всю брюшную полость, обглодал позвоночник и кости таза.

— Тварь знала, что искать, — констатировал Шрам, отворачиваясь, — Сука! Определить, что представлял собой плод, теперь невозможно.

— Я возьму на анализ часть тканей и сердце, — доложил Жимба, — Думаю, удастся установить, чем конкретно пичкали девочку. По силе препаратов поймём степень опасности от беременности таким эмбрионом. Хоть что-то.

— М-да, — недовольно скривился Шрам, — За потерю объекта нас по головке не погладят. Тут, как говорится, с паршивой овцы хоть шерсти клок.

— Хочешь совет оперативного сотрудника? — напомнил о себе Малюта.

— Тут не надо быть опером, чтобы проследить пищевую цепочку, — отмахнулся напарник, — В желудке мутанта ничего нет. Тунгус уже проверил. У этих трансформеров метаболизм мама не горюй! Он же был в боевой фазе! Дрался сначала с людьми Выживальщика, а потом с Изменённым. Организму требовалась куча энергии, которую можно получить только активно переваривая пищу.

Безопаснику пришлось признать, что Шрам с бойцами в его советах не нуждаются. Не понравилось ему это. В очередной раз больно ударило по самолюбию. За годы, проведённые в поселении Лешего, привык, что все с восхищением и трепетом прислушиваются к его рекомендациям. Каждый знал, что начальник службы безопасности справится с любой проблемой, найдёт выход из самой неразрешимой ситуации. Не было у него конкурентов по части анализа и логики. А тут, какой-то сержант, походя отметает помощь и недвусмысленно намекает, что не нуждается в его гениальных умозаключениях. Обидно, ей-богу!

Очень плохо, когда в каком-то замкнутом сообществе пропадает конкуренция. Это как в стае хищников, когда лидер утрачивает роль альфа-самца. Начинается грызня за власть, раскол сложившегося единства и взаимовыручки. Каждый желает выделиться и стать первым. У людей, конечно, всё иначе… Хотя, кого я обманываю. Всё то же самое, только подкреплённое не банальной физической силой, а словесными аргументами, связями и обещаниями последующих льгот.

Без соперничества нет развития. А Григорий Лукьянович в усадьбе Лешего давно не встречал достойных оппонентов и утратил былую хватку.

Малюта, в сердцах махнул рукой и решил внимательнее осмотреть останки того, кого Шрам называл Изменённым. Принять постулат на веру он не мог. Не за то его взяли в СВР. Нет, конечно, он допускал, что у уверенности Шрама имеется крепкая научная и информационная база, но его интересовали детали. В составе паломников он не приметил никого, способного обладать столь монстроподобными пропорциями. Даже близко. Значит это опять какая-то трансформация мышечной и костной ткани. Состязаться в осмыслении такого необычного явления с учёными он не собирался. Если что-то произошло, значит природа, физика и биология способны выкинуть такой фортель. Его интересовало кто из беглецов оказался в состоянии произвести со своим телом подобное. При этом не потерять сознание и выжить в момент перевоплощения.