– Не знаю! – Глаза Руди бешено сверкнули, – Со мной и впрямь что-то не так, даже ты заметил! Я – регент, Клаус, а не палач… Я знаю, что должен сделать, и я сделаю, но, дьявол, уж лучше б мне руку под Гольдфельтом оторвало!
– Ты с Георгом так и не виделся?
– Нет. Слушай, Цигенбок, иди отсюда, а? И без тебя тошно.
– Ладно, не злись. Просто я не мог поверить, что это Лемке.
– А сейчас веришь?
– А что мне остаётся? Свинья!
– Можно сказать и так, ладно, проваливай.
– Ну, если я тебе не нужен…
– Мне никто не нужен, – рявкнул Руди и вдруг осёкся, – разве что…
– Что? – хриплым голосом переспросил Цигенбок.
– Брат Готье Бутора предпочёл собственный кинжал топору палача…
– Его предупредили, – тихо сказал граф фон Цигенгоф.
– Да, – подтвердил принц-регент, – у него нашёлся друг, который его предупредил.
– Говорили, что Анри де Монлý сделал больше. Он избавил друга от греха самоубийства.
– Георг фон Лемке – твой друг? – Рудольф Ротбарт улыбался, и его улыбка живо напомнила Клаусу о вчерашних волках.
– Да, – Цигенбок торопливо поднялся и вдруг хлопнул себя по лбу. – Я наконец понял, что не так, Где твоя цепь?
– Потерялась, – Руди залпом допил вино, – прошлой ночью много чего потерялось…
2
2