Хаджар выругался. На языке Лидуса — не самом распространенном в этом далеком краю. Что лишь вызвало усмешку у Гвел, которая явно поняла о чем идет речь.

— Но я не могу использовать силу души, — покачал головой Хаджар. — Тогда в битве с Каменным Медведем я просто…

— Хватит, — снова перебила старуха, после чего с кряхтением, дрожа осенним листом, поднялась с места, но протянутую руку помощи резко отринула. — Не достойно генерала прятаться за ширмой сомнений и метаний. Обладаешь ли ты силой души или нет, хватит ли тебе могущества удержать поток Реки Мира у пруда и прорваться на ступень Бессмертного. Выдержишь ли ты испытание Небес и Земли. Слишком много мыслей, генерал. И слишком мало дела. А дело надо сделать. Несмотря ни на что.

Гвел развернулась и толкнула дверь, открывая вид на каменный коридор, выточенный в скале и все так же скудно освещенный редкими факелами, коптящими стены.

— Испытание Небес и Земли, но…

— Сыновья Феденрира не проберутся сюда в ближайшие годы, — в который раз перебила старуха. — а твои друзья, если захотят, смогут отправиться следом за тобой в течении, думаю, десятилетия. Кто-то раньше, кто-то позже. Тот, что из пустыни, кажется, сможет пройти Испытание быстрее остальных… Что до раненной девы — наши ведуны ей помогут. Не пройдет и года, как она снова сможет крепко держать свое оружие.

— Но…

— У тебя нет времени с ними попрощаться, генерал, — Гвел, видимо, перестала прикидываться внимательной и чуткой. Она буквально заранее знала или… понимала, что именно скажет Хаджар. — Ты едва передвигаешь ногами. Твои друзья в верхних покоях — это дюжина этажей и несколько коридоров. А пруд спрятан за лабиринтом подземных тоннелей. И, видит Хозяйка, я не уверена, что ты выдержишь не то, что подняться к друзьями и спуститься обратно, а хотя бы просто — дойти до пруда.

— А как же…

— Я их предупредила, — продолжила Гвел. — Пустынник сказал, что ничего другого и не ожидал от варвара. Юный волшебник, потомок полукровки, пожелал тебе удачи. Подгорный карлик пообещал, что догонит, даже несмотря на то, что без ног, а раненная дева попросила не оборачиваться.

Все, кроме последних слов Гвел.

— Не оборачиваться?

— Что услышала, то и передала.

Вместе со старухой Хаджар вышел в коридор, где пахло контрастной смесью из ароматов сырости, камней и горящего масла факелов. Последние не могли подарить достаточно тепла или света, чтобы совладать с царившим здесь влажным полумраком.

Хаджар посмотрел в сторону каменных лестниц, уходящих куда-то наверх, где остались его товарищи. С некоторыми из них он прошел чуть больше испытаний, с некоторыми — меньше, но, все же, они сражались плечом к плечу на извилистых тропах Безымянного Мира. Доверяли друг другу спины; делились болью и переживаниями; вместе радовались и печалились и…