Хаджар чуть улыбнулся.

Он был рад тому, что хотя бы в этот раз, хотя бы здесь и сейчас, ему не приходилось вновь строить погребальный костер для очередного друга. Не приходилось забирать с собой чужие обручальные браслеты или небольшие безделицы, которые могли бы вернуть в памяти дни, когда он не в одиночестве прокладывал путь вперед.

Но вновь, как и несколько веков назад, в Даанатане, ему приходилось идти дальше, оставляя за спиной дорогих его сердцу людей.

Генерал отвернулся и направился следом за Гвел внутрь хитросплетения подземных тоннелей.

Глава 1811

Глава 1811

Пока вместе с Гвел они шли сквозь вереницу хитроумных переплетений дверей, холлов, каких-то потайных ниш, снова — холлов, то не встретили ни единой живой души. Лишь редкие гобелены, фрески и почти источенные временем статуи — вот и все свидетели их пути.

Хаджар мысленно отправлялся в странствие по своей памяти последних двух веков. Начиная с того момента, как встретил Абрахама и его отряд, заканчивая тем, как оказался в Северных Землях. Столько всего произошло. Столько слез, радости, столько доблести и… бесчестия.

А затем генерал отправился дальше по тропам воспоминаний. К дому, где они провели с Аркемеей время, принадлежавшее лишь им, к городу демонов, к Империям, к Морю Песка, к Лидусу и Балиуму.

Путь смертного генерала. Сперва ведомого лишь местью, а затем… затем, когда Хаджар понял мотивы Примуса, когда он прочувствовал всю боль Санкеша, когда стал частью плана Императора Моргана, когда стал свидетелем самоотверженности Чин’Аме, то… Генерал уже не мог сказать точно, почему именно он следовал своему пути и зачем так отчаянно бежал в сторону Седьмого Неба.

Хаджар усмехнулся.

Словно кто-то предугадал такую возможность. Возможность того, что Безумный Генерал в какой-то момент захочет остановиться. Перевести дух. Встать на обочине и посмотреть на пройденный путь. Подумать над ним. Но…

Но где-то там, в далеких землях, сокрытых ото всех, в ледяном гробу лежали его жена и нерожденный ребенок. Как маяк для корабля заплутавшего в темном шторме, они освещали ему путь к Седьмому Небу и, одновременно с этим, заставляли перебирать ноги не останавливаясь ни на миг.

Мимо мелькали двери, ведущие в кельи, ответвления коридоров, ложные камеры со следами от ловушек. Почему-то этот своеобразный лабиринт, чем-то напоминающий тот, что создал Горшечник, одновременно с этим напоминал Хаджару его собственный жизненный путь.

Только сейчас он куда яснее видел перед собой проводника — старую Гвел.

— Каков шанс, — протянул генерал. — что твое перерождение, Гвел, приведет тебя именно в то место и время, в котором мне потребуется твоя помощь.