Но и на улицу нельзя. Там дождик, и окошко.

И тогда Вероника решила убежать в шкаф. Она вспомнила, как котя Соня показал, что всякие места могут быть где угодно, и можно даже открыть любую дверцу, и за ней будет всякое неожиданное.

А Вероника часто представляла, что за дверцей шкафа есть какое-то особенное место.

— Охьяняйте, — велела она объекталям, затворяя за собой дверь.

Шкаф был большим, а Вероника маленькой. Одетая в любимую пижамку-кигуруми, она пошла наощупь, все глубже и глубже, поначалу натыкаясь на разную одежду, а потом — на ветки деревьев. Хотя нет, ветки деревьев — это как-то неприятно, и они сырые. Зачем ей в лес? Там дождь. Надо куда-то, где уютно, весело и безопасно.

Вероника повернула, и ветки закончились. Заиграла музыка, наверху стало светло, а по ногам поплыл густой туман. Рядом проскакала огромная лягушка, а из ее спины торчали головы сотни маленьких лягушат… а, нет, не лягушат. Это гномики.

Или нет. Не такие гномики, как… гномы. Просто очень маленькие человечки. Меньше Вероники.

Ее это обрадовало. Приятно для разнообразия почувствовать себя большой.

Ой. Ее накрыло огромной тенью, и рядом шагнула нога… нет, ножища… ножишащища! Вероника зачарованно уставилась на громадную дядететю (она не поняла, кто это) и снова грустно ощутила свою маленькость.

— Ты кто? — пискнула она.

Тень как будто посмотрела на нее, а затем заклубилась, рассеялась и снова возникла дальше, в другом месте. Она словно шагала одновременно и тут, и где-то еще, очень высоко, среди облаков.

— Лядна, — поняла Вероника.

Она шла туда, откуда доносилась музыка. К большому, но маленькому домику со смешной крышей, загнутой во все стороны. Там в воздухе плескались огни, все было каким-то разноцветным и очень вкусно пахло.

Дорожки никакой не было, и Вероника поминутно спотыкалась. Жалко, что она не взяла свой посох… а, хотя нет, взяла. Вот же он.

Она в очередной раз споткнулась, пнула собачий череп и сказала:

— Далековато…

Домик почему-то совсем не приближался. Вероника уже, наверное, целый час топала, а он все оставался на том же месте. Тогда она отвернулась и пошла спиной вперед, потому что это разумно и так сделал бы любой, кто старше двух лет. И идя так, она очень скоро наткнулась пятками на деревяшку и плюхнулась попой на крылечко.

— Ай.

Ладно, она не все продумала.

А еще она не смогла дотянуться до ручки двери. Та была слишком высоко. Вероника вздохнула и жалобно попросила: