Коргахадядед вздрогнул. Напрягся. Замерцал. Но не ушел.

— Нет! — проревел он, откусывая Лахдже кисть выросшей на теле пастью. — Я вас всех поглощу!

Вероника поняла, что было страшной ошибкой призывать демона, не запасшись овощами. А мама подхватила их с Астрид, прижала к груди, и отпрыгнула назад, согнув ноги, как у кузнечика. Коргахадядеда еще разок жахнуло током, но он от этого словно только стал больше. От него хлынула волна какого-то излучения, и на деревьях вспыхнули почки, а кора задымилась.

— Извините за беспокойство! — крикнула Лахджа, прикрывая дочерей. — Мы вас вызвали случайно, готовы оплатить ложный вызов!

Коргахадядед смолк. Часть его щупальцев скрутились улитками, а глаза засветились красным. Пару секунд демон размышлял, а потом молвил, вырастив огромные челюсти:

— Хорошо. Одну руку.

Лахджа вздохнула и протянула руку. Ту самую, кисть которой Коргахадядед уже сожрал.

— Нет, — сказал демон. — Кто призвал, того и руку.

Его глаза сверкнули белым, и Лахджу просто… разметало. Швырнуло, как мячик, впечатало в дерево. Протянутая рука осыпалась пеплом, остальному тоже пришлось несладко. На секунду она ударилась в панику… но нет, кажется, дети не пострадали, в том числе тот, что в животе. А вот земля под призванным демоном начала истаивать, взметаться в воздух, все заволокло туманом… нет, это не Корграхадраэд, конечно, но все равно какая-то очень сильная тварь!

— Вероника, тащи картошку! — заорала Астрид, пуляя Лучом Солары.

Мама вся покрылась шипами и иглами. Она превратила голову в драконью, удлинила шею и принялась рвать Коргахадядеда клыками, вонзать когти-сабли. Во все стороны брызгала черная кровища, реальность клокотала от демонической силы, деревья и кусты разбрызгало в клочья, а Вероника сжалась в комочек и боялась, крепко вцепившись в ногу Астрид.

Но тут как раз прибыло подкрепление. Примчался Тифон, принялся рвать в клочья щупальца. Возник в яркой вспышке папа с мечом и Токсином на плечах. Подоспел дядя Жробис в своей беличьей шубе. На орущего Коргахадядеда со всех сторон обрушились клыки и когти, пламя, зачарованная сталь, обжигающий свет Сальвана и опасный даже для демонов яд.

Вскоре все было кончено. Огромный дымящийся труп осел и стал растекаться. Земля под ним источала смрад, и Лахджа с отвращением на это глядела.

— Майно, если я вдруг умру вперед тебя — кремируй меня, — потребовала она. — Я не хочу так гнить.

— Если успею, — проворчал волшебник, оглядывая следы разгрома. — Дети, в этот раз вы зашли слишком далеко. Снова.

— Да меня там даже не было! — возмутилась Астрид.