Вероника же тем временем ушла к сараям и там размышляла о сказанном мамой. У нее хорошая наследственность, потому что все ее предки были умными. Значит, можно попросить их помочь в учебе. Как вот дедушка и прадедушка помогают. Наверняка другие помогут еще сильнее, если их попросить.

Она недолго думала. Просто вспомнила ту сетку, которой призывала дедушку, когда папа с мамой попросили, и нарисовала ее еще раз. Положила в центр учебник, чтобы предки знали, что делать, и вообще могли сразу же начать объяснять, и взмолилась:

— Духи предков, откройте мне мудрость!

Сначала ничего не происходило. Только стало как будто холоднее, среди лета подул студеный ветер, а на траве выступил иней. Потом из круга донеслись шепотки, а из-под дома послышался скрип… сначала тихий, потом все громче и громче.

Первым появился дедушка Гурим. Он объявился прямо над учебником и удивленно сказал:

— Что слу… а!.. внученька!..

Рядом с ним из воздуха выступила какая-то бабушка в очках, с длинным носом. Потом появился прадедушка Айза, а с ним — еще одна бабушка, с добрым лицом и длинными вьющимися волосами. Ну а потом уж повалило потоком — призраки сыпались, как горох, возникали все новые и новые!

И многие были в замешательстве, а кто-то и в гневе. Особенно сердилась какая-то высокая бабушка, очень похожая на дедушку Гурима, только бабушка. Потрясая толстой узловатой клюкой, она воскликнула:

— Я Гердиола Дегатти, профессор Пеканиума… и я требую объяснений! Кто посмел нарушить мой покой?!

Повсюду замерцали голубые огоньки, а ветер стал совсем студеным, пробирающим до костей. Вероника немножко испугалась, особенно когда поняла, что круг слишком маленький для такой толпы предков, и они из него… вывалились! Совсем как Коргахадядед, только не потому что сами такие толстые, а потому что их очень много!

Призраки обступили Веронику со всех сторон. Правда, ее сразу заслонил собой дедушка. Он насупил густые брови и провозгласил:

— Я Гурим Дегатти, профессор Униониса, и се — наследница нашего рода, моя внучка, Вероника Дегатти!

Воцарилось молчание. Могильная тишина. Только прадедушка Айза тихо что-то говорил бабушке с добрым лицом, а та приветливо улыбалась Веронике.

— Полудемон… — ахнул кто-то. — Полудемон…

Какая-то женщина зарыдала.

— Это позор! — воскликнула еще одна старушка, заламывая руки. — В нашем роду!.. Теперь в нашей крови… скверна!..

— Заткнитесь! — рявкнул Айза. — В девочке клокочет магия! Это же она нас призвала — вы не поняли?!

Снова воцарилось молчание. Старуха Гердиола подплыла к перепуганной Веронике поближе, присмотрелась и изумленно молвила: