— Тебе перечислить? — хихикнула одна из бушучек.

— Не надо, — остановила ее другая. — Это будет неприлично.

— Где твой брат? — встряхнул бутылку с Бухнаком Майно.

— Откуда мне знать?! Я же здесь!

Майно вздохнул. Волостной агент может нагрянуть в любой момент, и будет гораздо проще объясняться, если сразу сообщить, что ситуация уже под контролем, ошибочно призванные демоны переловлены своими силами.

— Вы это зачем всё устроили? — осведомился Майно. — Вот зачем?

— Потому что могли, — фыркнул Флин. — Ты ж нас все равно не убьешь. Какой в этом толк? Только рассоришься с дядюшкой.

— Скажи это мэтру Инкадатти, — хмыкнул Майно. — Ему плевать на вашего дядюшку. Я, если что, просто высыплю вас ему на крыльцо, и он решит, что Добрый День начался раньше срока.

— У нас нет времени с ними лясы точить, — напомнила Лахджа. — Их брат сейчас может у кого-то уже выторговывать душу.

— Тут сплошные волшебники, все ходили на ПОСС, — рассеянно ответил Майно. — Если кто и продаст… ну сам себе злобный дурак. Вот из-за гохеррима я бы переживал.

Они и правда не знали, куда отправился последний бушук. Пока все тихо, никто не зеркалит в праведном гневе, и если этому старшему брату небезразлична судьба подельников, он сам рано или поздно заглянет. Попытается договориться или нападет исподтишка…

Засветилось дальнозеркало. Майно сразу его схватил, ответил… за стеклом был лик бессмертного Олиала Бомениарса. Тот окинул соседа холодным взором и сказал:

— Коллега, у меня в доме был бушук. Вы ничего об этом не знаете?

— Он все еще у вас? — торопливо спросил Майно.

— Нет, он бежал, но похитил мою арфу.

— Хорошая арфа, — хихикнула одна из бушучек, что были с Шазраком. — Струны из эльфийского серебра и лунного света!

— Я верно понимаю, что ответственны за этот инцидент вы, коллега? — осведомился Олиал. — В таком случае прошу незамедлительно вернуть или возместить ущерб.

Майно поплохело. Он примерно представлял, сколько стоит рабочий инструмент соседа.

— Где арфа?! — потрясла бутылку Лахджа.

— Тут, — ответила бушучка, придавленная сверху другой. — Выпусти меня, и я отдам.