Его лицо омрачилось, и Лахджа поспешно сказала:

— А на моей планете нету бабушки Юмплы, и Доброго Дня нет.

— Ка-а-ак?! — выпучила глаза Вероника.

— У нас зато есть Рождество, и оно даже лучше, — ревниво сказала мама. — Оно зимой, когда больше ничего не способно порадовать. Мы наряжаем елку, вешаем гирлянды, а подарки приносит Рождественский дед — Йолупукки. Он живет в Лапландии на горе Корватунтури, а служат ему гномы.

— Это какой-то бред, — сказала Астрид. — Какие гномы? Какой дед? Как он может подарить всем детям в мире по подарку, если он просто какой-то дед?

— Это волшебный богатый дед, — сухо ответила мама.

— А богиня Юмпла — богиня! Богиня может всем сразу подарить подарки!

— Ладно, как хочешь, — сказала мама и перестала обращать на Астрид внимание.

Астрид стало обидно. Она хотела поспорить и поругаться. Она уже набрала воздуху в грудь, чтобы все равно громко объяснить, почему богиня Юмпла лучше всех (может, она оценит и подарит Астрид особо кудесный подарок?), но тут раздался лай Тифона, а следом — стук в дверь. Громкий такой, настойчивый.

— Поздновато для гостей… — проворчал папа, выходя в холл.

Распахнув дверь, он изумленно вскинул брови, потому что на пороге сидела… игрушка. Набивной дракончик — мокрый, потрепанный, с узелочком на плече.

— Привет, хозяева! — оскалился он ржавыми зубами. — Я вернулся!

Глава 42

Глава 42

Мэтресс Леонетт Рокуалли открыла дверь, и ее лицо отразило сложную смесь умиления и отвращения. Соседские дети пришли с добродневными колядками, и это очень трогательно. Но они были гоблинами, а видеть у себя на пороге гоблинов приятно далеко не всем… собственно, почти никому.

Но в Добрый День всем следует быть добрыми ко всем. Даже гоблинам и даже к гоблинам. Тем более, что сегодня они не домушничают и не вредят, а ходят по домам и поют душеспасительные песенки.

— Кастрюлька говна, кастрюлька говна, кастрюлька говна на столе у меня!.. — распевали гоблинята хором. — Всех угощу!.. Друзей угощу!.. Друзей никаких ведь нет у меня!..

Мэтресс Рокуалли охватили еще более смешанные чувства. Отвратительная песня. Отвратительные гоблины. Но почему-то их жалко.

— Вот вам пирог, — произнесла она.

Гоблинята обрадовались и загорланили второй куплет: