— Думаешь, я это не знаю? — она кивнула на Пустого Ветра. — Я привязана к нему. Я знаю, какой он большой, но то, что что-то может нас убить, не означает, что это нас убьет. Призрак помог тебе, если ты помнишь.

— Но поможет ли другой? — сказал Мирон. — Мы говорим о чуме богов, обрушенной на несведущий мир. Ты просишь меня поверить, что все они могут быть управляемыми, как твой Пустой Ветер, но у тебя не было полного контроля над ним в начале, да? Ты сама мне говорила, что пришлось сковывать его много раз, и тогда он был едва пробудившимся. Мы не получим такой шанс с остальными, и я не буду рисковать будущим людей, надеясь, что эти духи смерти и гнева чудом окажутся сговорчивыми.

Марси закатила глаза.

— Это не…

— Плевать, — рявкнул он, опустив ладонь на сломанную печать. — Хочешь мой совет? Эту трещину нужно поскорее восстановить, а не оберегать. Даже без Смертных Духов возвращение магии уже нанесло непоправимый вред и потери жизни людям всего мира, особенно в Детройте. Запечатать ее снова — ответственное решение. Другой поступок обречет нас всех.

Широ кивнул, когда он закончил, посмотрел с тоской на Мирона, словно жалел, что не впустил его в Сердце Мира первым. Это задевало, но Марси не могла винить шикигами за это. Она не могла злиться на Мирона, потому что, хоть он был напыщенным, он не ошибался. Смертные Духи были угрозой. Мирон говорил сейчас то, что говорила Амелия перед боем с Ванном Егерем: если бы Марси не управляла своим духом, он стал бы управлять ею.

Это почти произошло. Если бы она была мене храброй, когда он вспомнил свое имя как Пустого Ветра, он захватил бы ее. Их отношения были осторожным построением доверия, и хоть она была рада конечному результату, Марси не считала, что процесс было легко повторить. Даже если бы она придумала процесс, каждый Смертный Дух отличался, как и каждый маг. Каждая пара должна была построить свою уникальную связь, свой мост доверия. Это было уже тяжело между двумя обычными людьми, но когда ценой поражения был бушующий бесконтрольно бог, аргумент Мирона имел больше смысла.

И все же…

— Я понимаю твои слова, — медленно сказала Марси. — Конечно, запечатанная магия снова спасёт жизни, но ты упускаешь часть, где жизни людей — не единственное, что на кону тут. Это не только наша планета, Мирон. Это дом духов и всяких магических существ, многие из них жили тут раньше, чем мы вышли из лесов. Если мы вернем засуху, мы можем спасти человечество, но навредить всему остальному.

Мирон оскалился.

— Если просишь меня пожалеть драконов, которым пришлось оставаться в облике людей…