— Это было… не обязательно… — выдавил Боб, пытаясь дышать, сжимая ее руку. — Мы не… можем поговорить?

В ответ Челси сжала сильнее. Она пыталась лишить его сознания, но Боб как-то смог зацепить ногой ее ноги. Она подвинулась, а он ударил, лишил ее равновесия достаточно, чтобы вырваться.

Он отпрянул во тьму, делая расстояние между ними как можно больше, потом повернулся и следил за ней настороженно. Челси еще не видела лицо старшего брата таким.

— Я такого не ожидал, — он сглотнул пострадавшим горлом, сверкнул слабой улыбкой. — Браво. Ты быстрее, чем я думал.

— Это твоя вина, — Челси кружила. — Тень Бетезды не может никому показывать все свои способности, даже тебе. И кто сделал меня такой?

Боб вздохнул.

— Ты не можешь винить во всем меня.

— Почему? — прорычала она. — Все — твоя вина. Ты — всезнающий пророк. Ты видел, что грядет моя катастрофа — все это, с самого начала — и ничего не сделал.

— Я сделал куда больше, — оскорбился он. — Ты знаешь, как сильно я работал, чтобы привести нас к этому моменту? Как тщательно планировал все мелкие детали, ведущие к…

— Ты сделал это со мной! — завизжала она на него. — Я признаю свои ошибки в Китае, но мои страдания с тех пор — твоя вина. Ты был пророком Бетезды. Одно твое слово могло освободить меня и моих детей, но ты ничего не сказал, — она оскалилась. — Ничего! За шестьсот лет!

— Что я мог сказать? — утомленно спросил Боб. — Ты была мне нужна, Челси. Бетезда была полезной, но ты была клеем, на котором все держалось. Страх перед тобой объединял Хартстрайкеров, не давал нам перебить друг друга. Ты дала нам стать самым большим кланом в мире. Больше Золотой Империи. Достаточно большими, чтобы добраться сюда, — он указал на землю между ними. — До этого момента. Этого будущего. Все, что я делал, вело сюда, и я мог сделать это только с тобой.

— Перестань, — рявкнула Челси, приближаясь. — Плевать, был ли это единственный способ избежать конца света. Ты меня использовал. И моих детей. Но это все прекратится сегодня. Хочешь поговорить о будущем? Вот слова, которые тебе нужны: это конец, Брогомир. Ты больше не будешь использовать меня или моих детей, и если ты не отдашь мне мое яйцо сейчас, ты не уйдешь отсюда живым.

— Не спеши, — он поднял ладони. — Ты имеешь право злиться. Я знаю, мои действия выглядят жестоко, но на то есть причина. Я буду рад объяснить, если ты перестанешь быть Челси хоть на минуту и…

Она перенеслась за него. От этого она стала близко, ощутила кончики его длинных волос, но потом Боб отскочил, ловко танцуя по грязи. Но недостаточно далеко.