– Он сказал, ему не нужен свет.

Никто не стал ее ругать. Сестрам и Аиму было понятно, из-за чего она была огорчена. А Коум и Дуайт не желали связываться с ней, припоминая, как быстро она теряет контроль и что сделала на турнире.

– Тогда, может, пойдем в нашу спальню? Там светло, – предложила Луиза.

– Я попрошу свечи у Шарлотты.

Жулли направилась к выходу.

– Может, уберем эти доски с окон? – предложил Коум.

– Нельзя. Жулли не переносит свет, – ответил Аим.

Розали удивила его забота. Она захотела подойти к нему, оказаться ближе. Но он выглядел напряженным и сосредоточенным. В темноте, когда глаза привыкли, она заметила, что его губы что-то шептали. Вдруг в его руках появились четыре светящихся шара, по два в каждой ладони. Они стали подниматься, как воздушные шарики, к потолку, пока не прикрепились к четырем углам.

– Ого, – удивился Коум. – А ты точно не Адриан?

Аим усмехнулся в ответ:

– Может, у меня и не полный световой дар, но кое-чему я научился.

В это время вернулась Жулли с коробкой свечей.

– Уже не понадобится, – ответила Энн и сразу обратилась к Аиму:

– У меня все, что ты просил: дурман обыкновенный, усилитель, кровохлебка лекарственная… Зачем она, кстати?

– Остановит кровь, если она пойдет из носа или начнут лопаться сосуды, – быстро разъяснил Аим.

– Ага. – Энн озадаченно на него посмотрела, а затем продолжила: – Еще у меня вяз, белый мел, миска для смешивания и сообщение от Бетс.

– Какое?

– Она назвала тебя паршивцем за то, что ты опять не навещаешь ее.

Губы Аима дернулись в улыбке.

– Обязательно зайду после этапа света. Энн, возьми у каждого кровь и смешай в миске. Коум, начерти круг и соответствующие символы на нем. Дуайт, подожги дурман. На мне подсоединение нас к сети. Луиза, ты будешь следить за нашим состоянием. Если предчувствуешь беду для кого-то определенного, пробуди его при помощи этого заклинания. – Он развернул листок и дал ей бумагу.