– В чем дело? – начала она.

Розали решительно собиралась отрицать все, что только можно, но сразу вспомнила слова Ревэ: «Ты постоянно что-то скрываешь. Ее это злит». Да, эта была не настоящая она, но Розали хотела верить, что Ревэ сказала бы то же самое. Поэтому она ответила по-другому:

– Что именно ты хочешь знать?

Энн убрала прядь волос за ухо и направилась к Розали. Она прожигала сестру пытливым взглядом.

– Я вижу тебя насквозь. Всегда. Такой у меня дар, если ты забыла.

– И что ты видишь, Энн?

Говорящая с призраками с досадой покачала головой.

– Все мы после «Поиска света» изменились. В лучшую сторону. Даже в Аиме я заметила улучшения, у него появляются эмоции. Правда, все они касаются тебя. Ты будоражишь в нем чувства, с тобой он становится человечнее, что ли.

– То есть ты принимаешь его?

Розали затаила дыхание. Похоже, Энн готова принять Аима, а вот Розали теперь не была в нем уверена.

– Возможно… Не знаю. Розали, сейчас мы говорим о тебе. Аим стал светлее, а ты…

– Что я? – нетерпеливо перебила она.

– Мне не нравится то, что я вижу в тебе. Появилось нечто темное в твоем свечении, краски потускнели. А в кругу сущности появились разрывы. Может, ты так скорбишь по Марте, а может, ты…

– Энн, – устало начала Розали. – Сейчас важно лишь найти Баку, вытащить Ревэ, а затем заняться здоровьем Жулли. Не беспокойся обо мне.

Розали задумалась: она только что ответила словами Ревэ, которые та произнесла на испытании. Еще одно болезненное напоминание, что Ревэ была всего лишь отражением ее подсознания.

В это время Энн подлетела к сестре и взяла ее за запястья, как недавно Ревэ.

– Ты тоже важна. Я беспокоюсь о тебе. Розали, что произошло там? Когда Аим вернулся, на нем лица не было, и я увидела страх в его свечении. Но боялся он не за себя, а за тебя.

Розали вспомнила, что совсем недавно так ее держала старшая сестра и они беседовали. Точнее это была не она, а ее подсознание. А значит, Розали никогда не извинялась перед Ревэ, а та никогда ее не прощала. Чувство вины, такое древнее и приевшееся, вновь рухнуло на ее плечи. Она надеялась избавиться от него, вдохнуть свободно. Но извиниться перед сестрой она сможет только тогда, когда поможет высвободить ее из снов.

– Я все делаю не так, – прошептала Розали в сторону, затем набралась духу и продолжила: – Я тебе обязательно все расскажу, но только когда закончится турнир.

– Ты знаешь, я на твоей стороне. Я сделаю, что потребуется, ради тебя, ради сохранности нашей семьи. Но твои тайны, они не дают мне помочь. Потому что я даже не знаю, что с тобой происходит.