– Я их не забирала! Они обучаются магии, это у них в крови.

– Вашей семье магия не принесла ничего хорошего.

Розали тогда стояла за дверью. Она смотрела на них со стороны, заглядывая в маленькую дверную щель.

Хель не стала спорить дальше. Спокойным голосом она сказала:

– Ты знала, на что шла, когда выходила замуж за моего сына. Ты прекрасно знала, что станешь матерью Полуночниц.

– Передай все дары Николасу.

– Не могу. Совет в Мажиенне запретил передавать все дары одному человеку. Такой закон они вынесли после того, как семья сделала это со мной. Они посчитали, что один сорсиер не может владеть такой силой.

– Сделай тогда его Хранителем.

Хель фыркнула в ответ:

– Николас не станет Хранителем.

– Почему?

– Есть тайны, которые ему нельзя знать, – твердо заявила бабушка. – Что насчет Розали: я предлагаю ей лучшее. Это второй по почету дар после некромантии. Она сможет прославиться, как Хранительница тайн.

Раньше Хель не особо уделяла внимание Розали. Бабушка была сосредоточена на воспитании пятерых других внучек. С ними она отрабатывала заклинания, учила их латинскому языку и рассказывала им общую историю магического мира и историю их семьи – Нуаров. После случая с Луизой Хель практически не спускала глаз с Розали. Она взяла ее под свое крыло и стала воспитывать под себя.

Для Розали наступили радикальные перемены. Ее никогда до этого не подпускали к магии, держали подальше от учебников с заклинаниями. Она больше времени проводила с Авророй, чем с сестрами, поскольку они были полностью поглощены магией, а Розали вход туда был запрещен.

Розали помнила первый раз, когда вызвала у Хель одобрительную улыбку.

– Ты сохранишь тайну, которую я тебе расскажу?

Розали тогда вскарабкалась на бордовый диван и встала на него ножками, чтобы казаться немного выше. Она задрала голову и громко заявила:

– Я унесу эту тайну с собой в могилу.

Хель улыбнулась. Сидя в кресле, она наклонилась вперед и подозвала внучку рукой.

Когда Розали к ней подошла, Хель продолжила: