Сформировав заказ на броши и отправив его Шарб’Аллис Мургерите, я опустился на землю лицом к медленно разгорающегося закату. Делать ничего не хотелось, даже думать, хотелось просто сидеть и смотреть. Наверное, это запоздалый отходняк. Меня никто не трогал, и я просидел так где-то полчаса, пока рядом со мной не опустился Дендер.

— Сумел ты удивить, мой друг, — произнëс он. — Я и пр-редставить не мог, что ты можешь так?

— Как? — тупо переспросил я.

— Впечатляюще, — произнëс маг. — Не каждый чëр-рный др-р-ракон может работать так эффективно по шестому тиру, а их как котят новор-рождённых.

— Это комплимент?

— О да, мой друг, это комплимент. И заодно пр-ризнание. Вплоть до избиения кочевников с привкусом холода, я считал, что без пр-роблем подомну тебя под себя. Мне казалось, активация заряда Сердца впечатлит тебя настолько, что ты станешь моим вассалом.

— Неужели не получилось, не фортануло? — хмыкнул я.

— Как видишь. В начале ты не пожалел для меня целебной воды, котор-рую можно про-рдавать на аукционе по десять тысяч золотых за пол-литра. А потом и вовсе попр-р-рыгал кромсать врагов так, как мало кто мог за всё мои годы в Асхане. Да ещё и этот лëд… Если р-раньше я думал, что без пр-роблем одержу победу в нашем поединке один на один, то теперь твои шансы пр-роиграть р-равны моим. Ты, как в лучших спортивных др-р-рамах, доказал, что равен мне. Я пр-редлагаю равноценный союз. Что скажешь, друг мой?

С минуту я думал над словами мага. Его желание оформить меня своим вассалом понятно и объяснимо. Академия вообще позиционируется как фракция властителей мира, ценящих лишь силу. Да, как это ни странно, но главные ценители силы в Асхане — именно маги. Орки доказали что они сильные, истребив, по некоторым оговоркам, под миллион магов три тысячи лет назад местной истории, — они отдельная фракция. Ракшасы предпочли жить рядом со своими создателями — они лишь тир воинов, пусть и достаточно высокий тир. Так что желание Дендера подмять под себя игрока, находящегося в таком же положении, что и он сам, гармонично вписывается во фракционное миропонимание. И хорошо, что он решил отказаться от этой идеи, своё желание стать Эйденом я бы так просто не променял ни на что.

— Согласен, — устало произнëс я. — Равноценный союз значит равноценный союз. Надеюсь, Ургадзил в этот союз впишется?

— Об этом можешь не волноваться, друг, — хмуро ответил маг. — Илат с меня живого не слезет после такой ошибки. Трëхсторонний союз будем обсуждать с утр-ра. Увер-рен, этот дроу не сможет отказать себе в радости узнать, кто решил его пр-р-роблему.