Осмотрев Мурада с головы до ног, сержант сказал:

— Кого ты обманываешь, а? Ты и я ведь прекрасно знаем, что она тебе не нужна. У тебя духу не хватит. И потом, когда ты вернёшься в Карас, тебя наверняка будет ждать десяток наложниц. Дай безродным поразвлекаться, юный господин.

— Не называй меня так, — попросил Мурад. — Я просто хочу дать ей время передохнуть. Вы её так замучаете до смерти.

— От хорошего «туда-сюда» пока ещё никто не умирал, — заржал Халим. Взгляд сержанта быстро заставил его заткнуться. — Слушай, Мурад, учитель прав: у солдат слишком мало способов выпустить пар. И потом, она же скоро станет гражданкой Союза. И, возможно, её героизм даже отметят! Так что я ничего плохого не вижу, если к тому моменту в ней уже будет саакское семя.

— Меня от тебя тошнит, — признался Мурад. — От вас обоих. Неужели в вас нет ни капли сопереживания?

Лицо сержанта окаменело:

— Следи за языком, мальчишка. Может, ты и из богатого рода, но это не значит, что тебе можно так разговаривать со старшими. Я видел больше войн, чем ты прожил лет в этом мире. Она враг. Может, ты видишь в ней обычную девочку, а я вижу отродье, которое плюнуло на всё, что представляет Союз. На кровь, которую мы пролили, чтобы достичь гармонии. Чтобы построить это великое государство и обеспечить всем мир и согласие. Так что если хоть ещё одно оскорбление слетит с твоих губ, клянусь всеми пятью ангелами, я устрою тебе взбучку.

Мурад примирительно улыбнулся и поднял ладони. Муаз скрестил руки на груди, помотал головой и отвернулся, уставившись в ночь. Халим лишь пожал плечами и скорчил кислую мину, будто хотел сказать: «Ты же знаешь старика, чего ты ещё ожидал?»

Плотнее запахнувшись в шинель, Мурад направился к джунглям, туда, где его точно никто не побеспокоит. И где не будет слышны стоны девчонки.

Он зашёл в такую гущу, что из неё уже не были видны огни городка. Достав из кармана папиросу, Мурад собрался закурить, как увидел сидящего на поляне неподалёку человека. На нём была форма Союза, а из волос торчало несколько перьев. Он сидел на траве, скрестив ноги и раскинув руки с раскрытыми ладонями.

— Что ты здесь делаешь, юный Мурад? — спросил мужчина, так и не повернувшись. Мурад сделал несколько шагов к нему. Он обошёл человека и посмотрел в его лицо. Это был шаман, которого послали с ними ещё из Караса. Арстан, вроде так его звали. Морщинистый старик с причудливо раскрашенной физиономией, он улыбался, увидев замешательство на лице Мурада.

К шаманам Мурад относился с подозрением, впрочем, как и все остальные. Все прекрасно знали, что жрецы несли Союзу только благо. С шаманами дела обстояли сложнее. Они были тёмными лошадками, без которых Союз не мог нормально функционировать, но свои секреты они мало кому доверяли. Если жрецы оперировали логикой, законами и Писанием, то шаманы жили во тьме древних суеверий. И всё же, у них было своё применение. Практически у каждого племени был хотя бы один шаман, готовивший себе несколько учеников. Но только один из них становился следующим служителем. Остальных отправляли в другие племена, чтобы они там учили детей читать, считать, писать, а также передавали легенды и сказания. Нормально историю преподавали только в университетах Караса. Построить школы по всей территории Союза не представлялось возможным, да и старейшины кланов считали, что это бессмысленное дело. Кое-кто просто не создан, чтобы учиться. И всё же, совсем безграмотное население — залог будущего поражения. Чтобы служить, люди должны что-то знать. Но не слишком много.