Анни с размаху ударила кулаком по кровати и воскликнула:

— Разве ты не видишь, что они тебя используют?!

— Потише, милая, — взмолился Джек. — Остальных разбудишь!

— Пусть и разбужу, — не унималась Анни. — А что я, по-твоему, должна делать? Получается, ты под постоянным прицелом — и это будто нам с другими бандами проблем не хватало! Через тебя они используют нас. Скажи, сколько наших дел ты делал для церкви?

Джек открыл рот и тут же его захлопнул. Да, она была права. Церковь использовала его — и он знал это всегда. Но как он ей мог объяснить, насколько велики на самом деле ставки? Как он мог показать ей, что всё это не шутки?

Как он мог показать ей, что даже осколка того, что он видел, более чем хватало для его веры?

— Поклянись мне, Джек, — практически взмолилась Анни. — Поклянись, что завяжешь с ними. Ты заслуживаешь намного большего. Я понимаю, что тебя просто так не оставят. Но мы обязательно что-нибудь придумаем! У нас больше сотни ребят, да и каждый стоят десятка обычных гангстеров! Ты не должен быть их марионеткой. Потому что когда придёт время — а оно придёт, даже не сомневайся, — они без сомнений тобой пожертвуют, чтобы достигнуть своих целей.

— Какой фатализм, — усмехнулся Джек.

— Поклянись мне, — настаивала Анни. Джек поднялся на кровати и качнул головой.

— Что же, раз ты настаиваешь… хорошо. Клянусь, что завяжу с церковью. И клянусь, что буду с тобой до самого конца. Тебя такой вариант устраивает?

— Более чем, — ответила Анни, обняла Джека и поцеловала. — Что ты планируешь делать?

— У меня в памяти до сих пор находится то видение. Церковь обязательно захочет его увидеть. Если я не принесу им его, они насторожатся, подумают, что я что-то скрываю. Потому нужно будет показать свою лояльность. Пойти им навстречу. Отдать то, что я увидел — и сказать, что я больше не хочу иметь с ними дел. Что бы ты ни думала, я уверен, что меня отпустят без каких-либо проблем — дадут парочку заданий напоследок и отправят на все четыре стороны.

— Ты действительно так считаешь?

— Я важный для них агент. И всё же, что во мне такого, ради чего стоило бы меня держать? Я и так большую часть времени сам по себе. Ты спрашивала, сколько дел мы провернули ради церкви? Ни одного. Всё, что мы делали, было ради нашего общего развития. В крайнем случае, я скажу, что займусь бандой, и они могут обратиться ко мне в любое время — но я от них не буду зависеть.

— Хорошо, — выдохнула Анни. — Ты знаешь, я очень боялась, что ты скажешь, будто выхода нет вообще.

Джеку лишь оставалось рассмеяться.

— Ты сгущаешь краски. Я их агент, но уж точно никакая не марионетка. Давай спать. Завтра я со всем разберусь.