— Да, у меня получилось, — выдохнул Джек. — И всё же, мне кажется, что цель была не в этом. Меня ведь даже никто не спрашивает про банду. Всем интересно, что же в этот раз я выловил из Сети.

— А что там было?

— Мне приказали надевать шлем для подключения перед тем, как я лягу спать. И уже долгое время ко мне приходят видения, картины времён Освобождения. Вы же помните, что я курьер? Все эти картины я затем загружаю через Операторов — и церковь может увидеть, что же тогда происходило на самом деле.

— Проект «Силенсио», — проскрежетал Учитель. — Я думал, от него давным-давно отказались. Неужели они не понимают, насколько бесполезна эта затея?

Джек почувствовал, что его начинает трясти.

— Бесполезна? Как истина об Освобождении может быть бесполезной?!

— Не ты владеешь историей, и не я. Даже не те, кто стоят над нами. Историей владеют рассказчики. И они уже очень давно придумали историю, которая устроила всех и разложила всё по полочкам. Людям не нужна резкая смена повествования. Им не нужны грязные детали, идущие с правдой. Кто сейчас верит в Освободителя? По-настоящему, без оглядки. Даже в церкви многие к его истории относятся со снисхождением. Все знают, что он не был идеальным — и всё же, он спас нас, а потом призвал становиться лучше. Представь, что будет, когда всплывут все подробности о его жизни. С кем он спал, что употреблял, как говорил. Да будь он даже в сто раз лучше любого из нас, из идола он превратится в обычного человека. В человека, который наверняка не мог следовать собственным проповедям. Возьми Божий Порядок и посмотри, какие поступки он совершал. Ты не можешь его судить, потому что он Бог. А если он станем вполне себе понятным, живым, совершающим ошибки? Кто захочет слушать его послание? Да никто. И это ещё не самое худшее. Представь себе, что почувствуют люди, которые следовали его наказам всю жизнь. Всё, что они делали, мгновенно станет бессмысленным. У них никогда больше не будет веры ни во что. А вера, сынок, это самое главное, что у нас есть. Только она отделяет нас от животных. И я не о религии, а об убеждении, что вещи работают именно так, как мы думаем. И пока мы верим, мы не боимся взаимодействовать с миром, не боимся влиять на него. Не боимся вносить свой вклад. Мы верим, что хорошее поведение вознаграждается, верим, что если будем упорно работать, обязательно чего-нибудь достигнем. Забери это всё — и человеку просто незачем будет существовать.

— Какое у нас есть право утаивать от людей истину? Даже если это лишит их воли, они должны знать, — сказал Джек. — Думаю, главы посчитали, что моя миссия слишком важна, чтобы от неё отказываться.