Такого предательства Сергей точно не ожидал. Рухнув на кровать, он поднял слезящиеся глаза и спросил:

— Ты думала, что я пойду бить ему морду, вместо того, чтобы вас вытаскивать? Вот, значит, как?

— Пап, пожалуйста, извини, — Вера закрыла лицо ладонями, будто пытаясь спрятаться от его обжигающего взгляда. — Но ведь так и правда лучше вышло? Все живы, все в порядке…

Сергей уставился на пол. Весь его гнев разом испарился. Он никогда не станет их отцом. Даже Вера — и та им манипулировала, чтобы защитить Мишу. Бесполезно было пытаться что-то сделать. Слишком поздно он пришёл в их жизнь.

— Витя прав, — сказала Надя. Тон у неё был виноватый. — Мы сами подписались на это. Если бы не попались Алой Розе, ты бы вообще об этом не узнал.

— Что же, хорошо, что попались, — прошептал Сергей. «Как я могу их защитить, если они всеми силами держат меня в неведении?»

— Это всё не просто так, уж поверь, — сказал Володя. Даже он, вечный бунтарь, почувствовал, что стоит сказать хоть что-то в своё оправдание. — Это для церкви. Ты ведь всегда верил в Освободителя. И мы делаем это для него!

— И что же мессии нужно от картеля?

— Золото, — сказала Надя.

— Вы рисковали своими жизнями, чтобы набить карманы церкви?!

— Нет, это не просто золото, — вмешался Дима. — Оно освящённое, прямиком из Эдема. Это реликвия, а не просто металл.

— Как же оно попало в руки картеля?

— Синдикат украл его у церкви, — с презрением протянул Володя. — А Алая Роза обокрала Синдикат.

— Церковь посчитала, что мы должны вернуть то, что принадлежит ей, — заметила Вера. Сергей покачал головой.

— Даже если это правда, вы не имели права так рисковать собой. Дядя Миша не имел права пускать вас!

— Ты ведь сам сказал как-то, что нам нужно быть более самостоятельными, — сказала Надя. — Что мы должны быть сильными, способными дать сдачи. Церковь проводит уроки самообороны, обучает подростков драться. Но учит не разжигать насилие, а защищать себя. Объясняет, что Освободитель построил город, чтобы мы стали лучше. Ты большую часть жизни дрался за деньги, а нам запрещаешь бороться за идею?

«Теперь я понимаю тебя, мама, — с неудовольствием подумал Сергей. — Понимаю, почему ты так не хотела, чтобы я был на арене».

— Я боролся, чтобы уберечь вас от такой жизни. И я никогда не дрался насмерть, хоть и мог побороть кого угодно.

— Думаешь, мы не можем? — с сарказмом спросил Володя. — Посмотри на нас! Мы не дети! И дядя Миша прекрасно это понимает, в отличие от тебя. Он разрешает нам делать то, что мы хотим.

— С ним я отдельно поговорю, — нахмурился Сергей. — А вы пока под домашним арестом. Будете заниматься только учёбой! Никаких прогулок и визитов к друзьям!