— И твоё присутствие здесь — в том виде, в котором ты пришёл — доказательство моих опасений, — сказал Эймс. — Война дала нам время на подготовку. А самое главное, благодаря ей у нас вообще появилась возможность подготовки. Ведь Насиф сказал тебе, что Союз использует утилизаторы для набора энергии?

— Да, но для этого тоже было необязательно устраивать войну. Ведь можно было обо всём договориться. Начать сотрудничество…

— И король бы просто начал сотрудничать с чужаками, полностью бы им доверился и не попытался обмануть их, — впервые за всё это время полковник высказал хоть что-то, напоминающее сарказм. — Более того, он не видел того, что видел я. Того, что видели мы. Он не понимает. Он совершенно не понимает, что ему нужно делать. Эта война была нужна, чтобы всё прошло согласно плану. Сотни тысяч погибли и ещё многие погибнут, прежде чем мы достигнем цели. Но все эти жертвы не будут напрасны. С участием короля, вся затея была бы обречена с самого начала. Даже прекрасно зная, что я не желаю ему вреда, он посылает убийцу, чтобы убрать меня.

— Ему бы не пришлось этого делать, если бы он доверял вам.

— В этом и проблема, — кивнул полковник. — Он не доверяет никому. Если бы я не развязал войну, он бы сделал вид, что согласен с моим планом, но всё равно бы позаботился, чтобы у меня были связаны руки. А я ведь любил его как сына. Ни за что на свете я бы не допустил, чтобы с ним что-то случилось. Но время всегда всё меняет. Он давно уже забыл, кто к нему относился с добром. В его глазах кругом враги. Враги, которых нужно нейтрализовать до того, как они нанесут удар. И поэтому даже тебя он настроил против меня. — Эймс сокрушённо покачал головой, на его лице отразилась боль. — Но мы будем идти тропой праведных до самого конца, чего бы это ни стоило. Я не буду убивать тебя, Вик. Ты всё поймёшь. Готовься. Скоро мы отбываем.

Полковник оставил Вика у края ямы рядом с шаманом, взял Володю и двинулся с ним в угол зала, где его ждали остальные зелоты и Саргий. Солдаты закончили перетаскивать ящики и сели отдыхать. Насиф повернулся к Валентайну и спросил:

— Вы как, капитан?

— Живой, — ответил Вик и потряс наручниками. — В остальном, ситуация не из лучших. Саргий заявил, что хочет моей смерти. Надеюсь, ты не с ним?

— У него не было выбора, — сказал шаман. — Его дети преданы полковнику каждой частичкой своей души. Я сказал, что помогу им, но полковник прекрасно понимает — я могу предать его в любой момент. Солдатам приказано не спускать с меня глаз. Боюсь, о побеге не может быть и речи.