«Это ваше милосердие?» — усмехнулся он, взывая к бесконечности.

«Ты знал, на что идёшь. Мы предупреждали».

«А Эймс. Почему нужно было втягивать его?»

«Ты этого захотел сам. Когда понял, что иначе не дойти».

Да, действительно, так и было. В какой-то момент он понял, что паясничать бесполезно. Нужно было собрать лучшую команду, лучших бойцов, которых только можно найти. Обеспечить себе все шансы на успех. А потом, наконец, покончить со всем раз и навсегда.

Вик усмехнулся. Даже решившись завершить дело, он всё равно оставил себе шансы на провал, чтобы ещё раз пройти этот проклятый путь на голгофу.

Тьма охватила его, залилась в глаза. Время скрутилось и превратилось в точку.

Он стал всем — и ничем.

* * *

Ушло больше суток, прежде чем они оказались на Нижних Уровнях. Он терпел. В конце концов, нужно было разобраться, что к чему. Вик потребовал, чтобы они пришли сюда — и он готов был идти у него на поводу. При условии, конечно, что получит все ответы.

На Нижних Уровнях для штаба уже давно было построено отдельное здание. Эймс заранее выгнал всех офицеров, чтобы никто не мог им помешать. Вика он впустил первым. Показалось, будто внутри резко потемнело. Полковник взял стул и сел перед Виктором. Вид у того был, мягко говоря, неважный. Взгляд парня блуждал, не мог ни на чём остановиться. Казалось, в нём заключилась вся тоска мира. Понимание того, что битва проиграна ещё до того, как она началась.

— Все твои ожоги зажили, — начал с очевидного полковник. — Я уж не говорю про новую внешность. Сказать, что это невероятно…

— Так не скажи ничего, — перебил его Виктор. Полковник сжал зубы. Мальчишка был ему дорог как сын, которого у него никогда не было. Но у любого терпения есть свои пределы.

— Я думаю, тебе определённо есть, что нам сказать. Та девчонка, Коннели, исследовав твоё тело, просто с ума сошла. Она сказала, что мы на пороге новой эры. Король займётся её разработками лично.

— Короля уже ничего не спасёт, — сказал Валентайн. В этой фразе не было ни угрозы, ни издёвки. Просто констатация факта. — Никого уже ничего не спасёт.

— Любой на твоём месте радовался бы, что сумел остаться в живых. Да и вообще, чёрт возьми, ты исцелился! Пусть стал другим, но всё же. Это ли не чудо Освободителя?

— Я уже понял, что совершил ошибку, вернувшись, — произнёс Вик и как-то странно дёрнул головой, будто отгоняя назойливую муху. «Или отгоняя назойливые мысли».

— Если хочешь, я могу отправить тебя обратно, — попытался сострить Эймс. Вик, наконец, посмотрел ему в глаза. И полковника окатила бесконечная тьма, что плескалась в них.