Глава 38

Глава 38

Верена терпеть не могла поворачиваться к битве спиной. Лязг стали, крики и вопли взывали к ней. Нужно собирать людей, вести за собой идиотов и угрозами заставлять трусов подчиняться. Но Джераку Хайдену нельзя давать волю, а отсутствующая рука и саднящая рана побуждали выместить боль на его мерзкой шкуре. Сейчас это было почти все, на что она способна.

А кроме того, она хотела оказаться как можно дальше от двух чудовищ, сражающихся друг с другом на холме у Тарнбрука. Демона-генерала оттеснили, он почернел, а его многочисленные раны кровоточили. От каждого удара земля содрогалась, лязг магического оружия громом прокатывался по долине. Они напоминали сражающихся богов, а для Верены и одной встречи с Кракеном хватило на всю оставшуюся жизнь. На ее плечах дрожала Ирусен, спрятав симпатичную мордочку в волосах королевы. Маленький слинкс ненавидел магию больше града, и Верена всецело с ней соглашалась.

В окружении Аливы и трех моряков она шла к дому, где устроил свою мастерскую Джерак. По улицам бежали горожане, поднося защитникам стрелы и оружие или помогая раненым добраться в безопасное место. Все больше людей грязно ругались, молотили по стенам кулаками и скрежетали зубами, а их лица были багровыми от злости. Верена решила, что это страх и ярость доводят их до безумия.

Она заметила крысеныша-коротышку, который высунулся из двери мастерской и крутил головой вправо и влево, готовясь удрать. Он прищурился на нее сквозь пыльные очки и шмыгнул обратно. Раздался стук тяжелого деревянного засова, встающего на место, – алхимик забаррикадировался в своей норе.

Верена мрачно улыбнулась и положила руку на нож за поясом. Она с наслаждением перережет безумцу глотку, как только тот высунет нос из своей раковины.

Приближаясь к двери, Верена начала понимать, что с горожанами творится что-то неладное. Люди вопили, рвали на себе волосы, хватались за оружие и завывали, как взбесившиеся звери.

Старик с налитыми кровью глазами и сальной бородой заметил Верену и ее команду. Он тут же схватил ближайший табурет и, замахнувшись им, похромал к морякам. Алива подняла бровь и послала одного пирата вперед, чтобы обезвредить старика, прежде чем он нанес кому-то урон.

Просоленный моряк схватил табурет и попытался вырвать его у старика. С тем же успехом он мог бы пытаться вырвать топор из кулака Амогг. Старик взревел, обнажив кривые желтые зубы, и врезал пирату табуретом по лицу. Брызнули щепки и зубы, а моряк рухнул навзничь и застыл в грязи.

– Зарубите его, – приказала Верена.

Алива и еще два пирата вытащили клинки и разрубили старика на куски. Умирал он на удивление долго.