– Вы правда Адриан и Валка? – с улыбкой спросила она, переводя взгляд с меня на Валку и обратно. – Бабушка столько о вас рассказывала…

В открытое окно подул ласковый ветерок, снаружи зазвенел колокольчик. Имра покосилась в окно, и я заметил над низкими крышами и морем плавник «Ашкелона». На горизонте виднелись приземистые серые силуэты островов, но я не знал, каким из них была Фесса, где когда-то останавливался Красный отряд.

– Так Сиран – твоя бабушка? – спросил я.

– Что? – Имра помотала головой. – Нет-нет. Бабушка бабушки. Я ее уже не застала.

Хранительница Фессы взяла керамический чайник и разлила по чашкам нечто горячее и зеленое, после чего повернула поднос чашками к нам. Валка сразу выпила, а я продолжал разглядывать Имру. Мне показалось, что я нашел у нее черты Сиран. Чуть более смуглая, чем у прочих селян, кожа. Миндалевидные глаза, положение челюсти при разговоре. Как же удивительно течение времени! Оно и в самом деле мимолетно.

– Наверное, это вас мне следует поблагодарить за патрицианские гены.

– Если кого и благодарить, то ее, – с чувством ответил я, мотая головой. – Сиран была… хорошим другом. Славным бойцом. Много раз спасала меня.

– Она верила, что вы вернетесь. – Имра поставила свою чашку на стол и обхватила ладонями. – Но я не думала, что это случится на моем веку. Что мне придется…

– Что – придется?

Имра удивленно моргнула:

– А вы не знаете? – Она с прищуром посмотрела сначала на меня, потом на Валку. – Тогда зачем вы здесь?

– Все погибли, – ответил я, не подумав.

– Мы потеряли всех друзей. – Валка положила ладонь мне на руку. – Нам больше некуда было деваться.

Я сидел молча, пока Валка вкратце, общими фразами рассказывала о пленении и уничтожении Красного отряда. Мне не хотелось встречаться глазами даже со своим отражением в зеленом вареве. Снаружи снова звякнули колокольчики, и я выглянул в окно, пересчитав серые морские утесы на горизонте.

– Сожалею о вашей утрате, – произнесла Имра, не скрывая ужаса. – Значит, вы ищете… убежища?

– Тишины, – ответил я.

– Спокойствия, – поправила Валка с некой беспомощностью в голосе, которую прежде я слышал крайне редко.

Я напомнил себе, что она больше десяти лет провела в трюме грузового судна в компании Корво, Бандита и Паллино. Она тоже страдала, пусть и иначе, чем я.

– Нам больше некуда податься, – откашлявшись, сказал я, отодвинув нетронутую чашку.

Имра посмотрела удивленно и спросила: