— Что ж. — я опустил бинокль. — Будем лезть внутрь… Хотя, меня так и подмывает сначала закинуть туда пяток гранат. Несмотря на видимое спокойствие и благолепие.

— Вроде всё тихо. И Бегемот спокоен. — подруга бросила быстрый взгляд на кота.

Мы спустились к воротам. Как и ожидалось, они были наглухо заперты изнутри. В принципе, можно было принести несколько камней, подложить к забору, чтобы можно было дотянуться до гребня стены и перекусить, а потом и убрать колючку, но тут мой взгляд упал на сухое дерево, стоящее рядом. Расчехлив топор, я принялся за дело, и через пять минут ствол упал на забор, смяв проволоку и организовав вполне годный мост. Бегемот моментально сиганул на него и скрылся на той стороне.

— Позер. — вздохнул я. — Так, я иду вперёд, ты прикрываешь, хорошо?

Даша кивнула. Я ещё раз проверил оружие и полез наверх, напарываясь на сухие ветки и тихо матерясь. Да уж, до грации Бегемота мне далеко. Добравшись до верха, я принялся осматривать открывшийся пейзаж.

Прямо за воротами находилось открытое забетонированное пространство на манер плаца, узкое и длинное, сейчас заставленное брошенными автомобилями, разнокалиберными ящиками, бочками, катушками кабеля, стройматериалами, какими-то агрегатами и просто мусором. Слева от него стояли два невысоких строения с двускатными деревянными крышами, местами провалившимися, дальше ещё какие-то здания, и в самой дальней части островка проглядывал высокий сводчатый ангар. Справа же всё было интереснее: практически у меня под ногами начинался железнодорожный путь, причём не узкоколейка, а полноразмерный, и он длился до скалы возле капонира, где и упирался в здоровенные металлические ворота, вделанные прямо в скалу. Они, по-видимому, были сделаны по совсем другому проекту и выглядели новёхонькими — ни следа ржавчины, металл блестит, словно его ежедневно маслом натирали. На путях стояли два натуральных железнодорожных вагона, полноразмерных, причём один — обычный грузовой, а второй — рефрижератор, о чём недвусмысленно сообщала надпись во весь борт. За вагонами просматривалась ещё пара зданий.

— Вроде чисто. — я активировал биосканер. — Даша, я иду вниз и попытаюсь открыть ворота. Поднимайся сюда и прикрывай меня.

Дождавшись утвердительного жеста от подруги, я мягко спрыгнул внутрь. Вроде ничего не изменилось. Звук, свет, воздух, тяготение — всё оставалось в пределах нормы. Под ногами лежал растрескавшийся бетон — как давно я не ходил по искусственному покрытию! — покрытый тонким слоем уже начавших опадать листьев. В ноздри ударил запах нагретого бетона, ГСМ и прочие индустриальные, уже основательно подзабытые, запахи. Жужжали насекомые, пели в кронах тополей мелкие птички, с берега доносились крики чаек. На секунду я ощутил себя восьмилетним пацаном, который лазает по брошенным совхозным комплексам, в девяностые таких было с избытком на просторах нашей бескрайней Родины…