— Посмотрим, на что эта дура годится. — подруга присоединила магазин на его законное место и вышла из оружейки, направившись к двери.

Как я и думал, входная дверь запиралась таким же круговым запором, как и остальные. Один поворот — и замки клацнули, створка отворилась, впуская в тёмное, затхлое помещение свет и свежий воздух. Мы вышли наружу, я принялся собирать разлетевшиеся плащ-палатки, а подруга примостила винтовку на бетонный блок и дала пару выстрелов по фонарю, висевшему на одиноком столбе в самом конце пирса — около сотни метров от нас. Брызнули осколки стекла, Даша удовлетворённо крякнула и высадила остаток магазина по различным целям в зоне видимости. Потом повернулась ко мне и картинно встала с винтовкой в обнимку.

— Хороша! — совершенно искренне сообщил я. — Вы с СВД — как корпускулярно-волновая теория света!

— А то! — довольно сообщила подруга. — Тяжеловата, конечно, по сравнению с «Валом», и отдача заметно больше, зато садит — моё почтение! И поудобнее «мосинки», только прицел слабее. Ну, да у нас тут и нет особо больших дистанций. Кстати, пристреляна идеально, кучность отличная, если это — конвейерный образец, то я снимаю шляпу, да и всё остальное тоже…

— Но-но-но! Отставить! Снимает она!

— Что, уже заревновал? — засмеялась подруга. — Пошли, глянем, что там ещё интересного есть.

Впрочем, ничего особо интересного больше и не нашлось. На узле связи — простенькая АТСка и панель коммутатора, две трети портов которого пустовали, а позывные «Квадрат», «Удав» и прочие ничего мне не говорили. Питание на аппаратуре отсутствовало напрочь, поэтому мы пошли осматривать медпункт. Он оказался совсем скромным: кушетка, столик медика с парой стульев и шкафчик с медикаментами, набор которых оказался мало того, что очень скуден, но и намертво просрочен, из живого остались только йод, зелёнка да перевязочный материал.

Я надеялся найти что-нибудь интересное в кабинете командира, но и там всё было скучно: стол, несколько стульев, дежурный сейф — настежь распахнутый, шкаф, половиной отведённый под бумаги, а половиной — под одежду, там до сих пор висела абсолютно целая парадная форма с майорскими погонами, да затёртый кожаный диванчик. Вот, собственно, и всё. В столе нашлась обычная лабуда — письменные принадлежности, награды, письма и фотографии, какие-то личные вещи… В служебных документах ничего интересного — «пост сдал/принял», схемы движения патрулей, ротации, выговоры, поощрения… Скукота. Ничего такого, что хоть как-то пролило бы свет на день Х, не нашлось. Что, в общем-то, и неудивительно — когда базу накрыло излучением, всем стало как-то не до записей.