Я с надеждой посмотрел на панель с кнопками. Надежда угасла, экстренной остановки там не было. Взгляд скользнул вниз и наткнулся на тело.

Одна очень негуманная мысль закралась в мозг.

— Хулуд! — крикнул я, — А как быть с открывашкой? Он нам понадобиться?

— Больше нет!

— Точно?

— Зуб даю!

— Тогда посторонись!

Я схватил коробку — самую увесистую и прочную часть тела нашего спутника. Её длинны и ширины должно было хватить, чтобы стать стопором.

Поехали.

Вновь показалась шахта. Когда лифт поравнялся с ней, я поднёс к лазу короб и задвинул наполовину. Когда шахта поравнялась с полом лифта, коробка с лязгом застряла, словно в тисках. Кабина остановилась. Было слышно, как загудел мотор. Не дожидаясь развязки, я полез в воздуховод, стараясь не сместить короб и не задеть бренное тело. Лифт, не справившись с препятствием, издал короткий звонок и подался вниз. Через секунду в короб упёрся уже его потолок, стопор не удержался и выпал внутрь и лифт исчез, но я был уже в воздуховоде. Живой и даже не по кускам.

Блестяще!

Я облегчённо выдохнул, мысленно похвалил себя за смекалистость, а потом услышал над ухом:

— Ты всё усложняешь.

— В самом деле? — Съязвил я, но, кажется, Хулуд не уловил сарказма.

— Ну да. Зачем терять время?

— А, так тебе времени жалко?

— Нет, но хочу убраться отсюда пораньше. Если начнут гнать паразитов, они забьют всю вентиляцию. Валькры не переносят ультразвук.

— Чёрт! Ладно, веди.

Мы поползли по вентиляции. В коридоре под нами сновали плоскодонки, перенося на широких спинах бесчувственные тела с обгрызенными проводами. Прожорливый зверёк, очевидно, позвал друзей и вместе они обесточили все сервера, а теперь бегали среди роботов, внося хаос и неразбериху. Сквозь решётки я заметил, как они напрыгивают на носильщиков и впиваются мелкими острыми зубками куда придётся, а плоскодонки пытаются их схватить и сбросить с себя. Спереди у ботов-носильщиков выдвигались специальные щупальца и били зверьков током, но на валькров, похоже, электричество не действовало. Зверьки изворачивались, спасались бегством, путались на дороге и отчаянно стрекотали, когда кому-то удавалось их схватить. Сирена выла, огни мерцали, вентиляцию пронзал гул и красные лучи. Хулуд был сосредоточен на дороге и не обращал на внешние раздражители никакого внимания. Я едва поспевал за ним, с трудом перебирая локтями. Лаз был немного уже, чем тот, через который мы сбежали из заточения, места для манёвров почти не оставалось. Пыльный воздух забивал ноздри. Все эти поползновения напомнили одну старую виртуалку про мужика с крепкими орехами, который тоже всё время куда-то лазил, без оружия и ботинок. Хулуд был на него чем-то похож.