На нашу удачу, мы быстро добрались до конечной точки. Шумный коридор остался позади, мы пробрались через несколько тёмных помещений и в середине тоннеля Хулуд вылез наружу и поманил меня за собой.

В лаборатории меня настигло лёгкое дежавю: полутёмное помещение, разбросанные по полу вещи и давящая тишина. Изменились лишь декорации. Вместо солидного офисного стола, занимающего треть кабинета, в центре комнаты располагались несколько металлических ванн. В изголовье была приделана резиновая подушка, а над ней — венец из проводов и датчиков, который, по задумке, должен полукругом опоясывать голову. Собственно, головы только и не хватало. То есть, подопытного. В центральной ванне была только серебристая жидкость, похожая на ртуть. Соседние пустовали, как мне поначалу показалось.

Интенданта не было видно.

Я обернулся на Хулуда с немым вопросом: ну и где?

Он молча кивнул на ванную в центре: там была!

Я вздёрнул бровь: вот в этой жиже?

Хулуд кивнул: пошарь на дне.

Не ручаюсь, что правильно считал мимику товарища, но нейролинк предложил именно такую интерпретацию.

Я заглянул в своё отражение на дрожащей поверхности неопознанной жидкости в резервуаре. Прикасаться к этому не хотелось.

Как-то в детстве нас с друзьями занесло на повторный показ одной доисторической виртуалки, где крутили утопию про роботов, гоняющихся друг за другом, и семьёй каких-то Конроев, во времени. С нелепыми перестрелками и погонями на допотопных машинах с бензиновыми, прости Патриарх, двигателями. Один робот в фильме состоял из квадриллиарда нанитов и мог принимать любую форму, пролезать в труднодоступные места или растекаться как жидкий металл. И вот с него я тогда знатно испугался.

Правительство Конфедерации, в рамках политики сдерживания разумной техники, установило ограничение на размеры колоний нанороботов в один миллион особей. Также им запрещено занимать руководящие должности и основывать микрокредитные организации. Вообще Конфедерация, культура которой позаимствовала у землян слишком много, беспокоилась о собственном будущем и на всякий случай запретила торговую марку «Скайнет» в какой бы то ни было отрасли (что привело к ребрендингу нескольких провайдеров сверхсветового межгалактического интернета). Серьёзно, у Конфедерации есть специальная комиссия по недопущению развития негативных сюжетов в реальной жизни. Таким образом, меня точно не подстерегал жидкий киборг из будущего, но я отчаянно очковал шарить в блестящей бурде голыми руками, пусть, даже если на дне захлёбывается мистер Закиро! Это вторая моя главная фобия — после страха перед располовиниванием кабиной лифта, спасибо за понимание.