В рабочем кабинете Императора собрался весь ближний круг его доверенных людей, а повесткой дня был не самый приятный вопрос.
— Десять родов, вы это понимаете, десять! — гнев Павла можно было понять, такого удара он никак не ожидал.
— Да, мы сами были в шоке, когда выяснили, — сказал Потёмкин старший.
— В шоке они были, — закатил глаза Император, а затем внимательно посмотрел на говорившего. — Эдуард Владимирович, может вы всё же сможете мне поведать, как такое произошло? Куда смотрела ваша служба?
— Признаю наши ошибки, но вы должны понять, с законом «О невмешательстве в аристократические дела», мы мало что могли сделать, — сухо сказал глава тайной канцелярии.
— Долбанный закон! — поморщился Павел, а после десяти секунд молчания громко крикнул. — Лена, поди сюда.
В кабинет вошла личный секретарь Императора, как всегда в строгой одежде и с серьёзным лицом.
— Вы звали меня? — сказала она.
— Да, подготовь приказ о изменении закона «О невмешательстве в аристократические дела», главным инициатором и ответственным за исполнения будут Потёмкины, — дал поручение Павел.
— Всё будет сделано, — поклонилась женщина и дождавшись кивка рукой покинула кабинет.
— Эдуард Владимирович, тебе нужно пересмотреть этот закон с поправкой на тайную канцелярию и внутреннюю охрану, — сказал Император. — Обоснование возьмёшь из дела о демонопоклонниках.
— Будет исполнено, — поклонился Потёмкин старший.
— Ладно, хорошо, что с этим покончено, — устало сел в своё кресло Павел. — Как там наш маленький герой?
— Всё хорошо, я бы даже сказал, что на него нахождение в роли жертвы для ритуала не как не повлияло, — сказал Кирилл Эдуардович, — По медицинским показаниям просто небольшое истощение ядра.
— М-да, легко отделался, — проговорил Император. — Но всё равно установите за ним слежку.
— Конечно, — поклонился командир отряда «Тень».
— Да и наградить его нужно, — тихо сказал Павел, размышляя о чём то. — Вот только кроме медали, чтоещё дать?
— Титул? — сказал Эдуард Владимирович.