Расто соображал, где же правда — то, что было вчера или сегодня. Но «вольная» шуршала в кармане, убеждая, что вчера — правда, и сегодня — он своими глазами видел, как уверенно сиреныш подошел к белому камню, положенному в основание, следом за главой Сей.

Как раскинул руки, печать сверкнула на свету, призвал силу и с яркой белой вспышкой. приложил ладонь к камню. Основание — на основание. Каждый клан Юга, как основание и опора предела.

А разве камень, положенный в основание фундамента, могут интересовать песчинки в растворе?

Вторая церемония подходила к концу. Первый камень будущего заведения освящали жрецы Немеса, моля ниспослать благословение и удачу по второму кругу. На открытии Школы приезжего каллиграфа Расто смог приблизиться гораздо ближе — почти на пятьдесят шагов, но с большим трудом. Далее — открытие сезона соколиной охоты — каждый Глава выпустил сокола, подданого пустынниками, знаменуя свободу Юга и бескрайние просторы пустыни. Там — тоже не подойти. Да и кто же его пустит сквозь двойное кольцо охраны. Да его скрутят плетениями раньше, чем он успеет сделать первый шаг.

Церемонии, церемонии, церемонии.

Расто устал. От того, что не выспался, от того, что постоянно на ногах, и не присесть. Пошевелил пальцами, перебирая фениксы в кармане, развернулся, и двинулся в город, проталкиваясь сквозь плотную толпу, смыкающуюся у него за спиной.

Вечером Расто смотрел на небо. Ночное, темное, родное. Южное. А Ашке такого неба не увидишь. Смотрел, как в последний раз, кто знает, даст ли Немес ещё раз вернутся туда, где вырос?

Свитки на караван, подорожные, «отпускной лист» Смотрящего уже проверили. И они с Сизарем тихо ждали своей очереди на погрузку, хотя что там грузить? По два заплечных тюка у каждого, вот и все вещи.

Сизарь возбужденно крутил головой из стороны в сторону, вскакивал, садился, вскакивал снова — ему было интересно всё и всё в новинку — отряд, охрана, гладить лошадок. Для племянника все происходящее последние дни было чередой одного большого бесконечного приключения.

Расто вздохнул. Как бы он хотел хоть иногда снова почувствовать себя беззаботным и молодым.

Но уезжал он с легким сердцем, потому что считал, что погасил долги. Частично — «вольная» не оплатна, но всё же… Чтобы не чувствовать себя тем, кто должен до Грани… Даст Немес, они свидятся — жизнь длинная, и тогда, если молодому сиренку Фу когда-нибудь потребуется помощь, он — Расто — извернется, из кожи вон вылезет, но сделает все, что в его силах. Добро должно быть оплачено и возвращено, потому что фениксы можно заработать, можно украсть, можно найти, выманить… А добро — нельзя. Доброе отношение не купить и не продать, добро дают даром. А там… кто знает…