— Там — кольцо с ядом! Значит там яд!

— Это чашка, госпожа.

— Она скрывает яд! Значит тот, кто видит суть, должен нарисовать кольцо с ядом!

Такой беспомощности он не ощущал давно, но Глава явно не собирался приходить ему на помощь:

— Нет, госпожа. Это — чашка. Пиала. Она белая. С голубыми узорами. Круглая.

— Ну и что, что круглая! Раз там сейчас кольцо, значит это — суть…

Коста перевел взгляд на Главу, но тот не собирался ему помогать. А как объяснить подобное, чтобы не оскорбить ум госпожи, он не знал.

— Суть чашки — пустота, — начал Коста медленно. — Состав — глина, но суть — пустота, ограниченная формой. Возможность держать форму, которую можно наполнить. То, что внутри не становится сутью, потому что не является чашей! Это что–то, что неизменно… иначе утром это был кофи, в обед чай… но чашка не становится чаем…

Эло сдвинула брови.

— Иначе… иначе я бы становился алхимиком, просто читая трактаты и узнавая названия ингредиентов! Но этого не происходит… Поэтому любой мастер нарисовал бы чашку! Это ее суть!

— А то, что внутри, он бы нарисовать смог бы? — не отступала Эло.

— Смог бы, — сдался Коста, увидев, как глаза Наставницы вспыхнули неясными эмоциями, — но только, если сверху убрали бы чашку!

— Тогда какую он видел суть, если чашку вижу и я?

Эло недовольно перевернула пиалу, и надела кольцо обратно на палец.

— Значит, я тоже мастер? Раз вижу чашку!

— Видеть мало, нужно уметь рисовать, — поддел госпожу менталист.

Коста подавил желание зарычать.

— Нельзя рисовать, не видя суть! — выдал он возмущенно. — Чтобы нарисовать цветок, нужно постичь суть цветка! Чтобы написать стих… нужно сначала проникнуть внутрь настроения, прежде, чем касаться кистью бумаги! Чтобы написать девиз рода! Или даже чтобы нарисовать вывеску — нужно постичь суть!

— Суть чашки — чашка, — пробормотала Эло. — Что тут постигать?

— Мастер читал людей, видел их суть… то, что скрыто…