— Зверя? — Аккуратно и тихо переспросил глава. — Расскажи нам о нем…

Через тридцать мгновений понятнее не стало, хотя он попытался облечь в слова всё, что испытывал в последний раз и ранее. Все присутствующие в кабинете понимали всё, и при этом не понимали ничего. И совершенно ясным было только одно — раз это родовой дар, его следует развивать.

— А это позволит увеличить круг? — с надеждой уточнил Коста.

Глава и Наставница переглянулись и Эло отрицательно покачала головой — «ни одного намека на рост источника в свитках хранилища не было».

Коста сник.

Видеть артефакты — это хорошо, это оценка стоимости и возможность заранее предугадать поломки, как обещает мастер Нейер… но… лишний круг в качестве родового дара было бы куда лучше.

И Наставница сказала, что учиться предстоит много–много зим. И только через десять или двадцать зим, он сможет управлять даром и использовать его осознанно.

— А если у меня не получится ещё раз? Я не чувствую никакого дара…

— Получится, — голос Эло был тверд и уверен. — Не получится — не может. Сама Нима указала на тебя…

— Нима?

При чем здесь Нима? Видит Великий, Нима — это был перебор! Ему хватило дара, камней, рода, алтаря, двадцати зим светившими вдали…

— Когда мы были в храме вместе последний раз, — пояснила ему Эло. — Я спрашивала о тебе жрицу, и она прямо указала на то, что ты сможешь видеть артефакты… а значит, получил родовой дар Фу… Но кто–то не поверил мне! И сомневался в моих словах, — госпожа бросила острый взгляд на сына и менталиста.

Коста открыл рот.

Мастер Нейер тоже знал? Знал? Раз использовал его рисунки! И мозгоед⁈ Все всё знали, и никто — никто — ничего не сказал ему!

— Я все равно не понимаю… почему я…