И он, зажав подмышками сразу обеих сестёр, потащил их на улицу. После встречи с матерью находиться внутри дома вдруг стало для него невыносимо…

Встреча с матерью настолько выбила Малка из колеи, что первые десять-пятнадцать минут прогулки с двойняшками словно бы выпали у него из памяти. Вроде бы он куда-то шёл, переставлял ноги, невпопад отвечал на какие-то вопросы, но что, как, почему — всё оказалось погребено под ворохом пережитых эмоций.

Проклятье, ведь ничего же нового не случилось, всегда так было, и всё равно Малк опять вляпался в ловушку не сбывшихся ожиданий. Видимо став Бакалавром, сам того не осознавая, он начал подспудно желать, чтобы мать его приняла, восхитилась, одобрила и сменила отношение, и когда этого не произошло, когда реальность с размаху врезала по шее, испытал нечто вроде шока.

— Да уж, глупо получилось, — пробормотал он, когда немного переварил произошедшее и наконец смог нормально мыслить.

Сёстры, прекрасно всё осознающие и всё понимающие, тут же подметили изменения в поведении брата и немедленно насели на него с какими-то своими историями. Он опомниться не успел, как на него вывали целую кучу всего — начиная от сплетен про подруг и заканчивая откровениями про симпатичных мальчиков.

И окончательно отживел.

— У вас уже есть воздыхатели? — несмотря ни на что, Малк моментально вычленил в их рассказах главное и неожиданно ощутил как внутри него просыпается не раз воспетый в литературе «старший брат».

Даже кулаки неосознанно сжал.

— Конечно! — на два голоса захихикали сёстры, а Тамия и вовсе разоткровенничалась: — У Калисы — двое, а у меня — трое!

— И? — сдвинул брови Малк, удивляясь сам себе.

— И ничего. Пока выбираем с кем можно на свидание сходить! — с гордостью сказала теперь уже Калиса. — Ты только родителям не говори, они не знают.

— Да уж догадываюсь, — фыркнул Малк, примерно представляя как повела бы себя Изольда, узнай она про появление у дочерей постоянных ухажёров.

Не дай Святые, если они окажутся недостаточно перспективными — скандал будет такой, что небо на землю рухнет.

— Они, кстати, Одарённые? — всё-таки не удержался от вопроса Малк, и тут же заработал два чувствительных тычка пальцами под рёбра. Пришлось, сдаваясь, поднимать вверх руки. — Всё, молчу, молчу…

Некоторое время они шли в тишине. Миновали ворота на территорию городского гарнизона, где последние годы квартировали морские пехотинцы, потом перешли улицу и некоторое время блуждали по видимо недавно обновлённому парку — вечерело и таких как они отдыхающих на теннистых аллеях было немало, — а когда надоело, начали подниматься по ведущей к центру города лестнице.