Она сделала пару шагов к выходу из комнаты, но затем словно бы спохватилась и вдруг спросила, прищурившись:

— Слушай, а зачем ты вообще вернулся? Столько времени не вспоминал, как вдруг на тебе, нарисовался. Припекло и вспомнил о родне, да?

И опять у Малка много чего нашлось бы сказать в ответ, но… он просто решил смолчать. К чему бессмысленные споры и препирательства? Так что вместо озвучивания нормальных доводов, он криво усмехнулся и коротко бросил:

— Вроде того.

Чтобы тут же получить в ответ ожидаемое:

— Ну я и не сомневалась.

Изольда с гордо поднятой головой покинула гостиную, и в комнате повисла неловкая болезненная тишина. Никто — ни Малк, ни двойняшки — говорить после такого явно не желали. Возможно того же хотел и отчим, но он всё же подавил постыдную слабость и попробовал хоть как-то сгладить слова супруги.

— Малк… не принимай сказанное Изольдой близко к сердцу. Ты же знаешь, у неё непростая жизнь, и она порой говорит вещи, которые вряд ли сказала бы в спокойном состоянии. Так что… — Скел развёл руками.

— У всех непростая жизнь, даже у Архимагов, — наморщил нос Малк, испытывая уже полузабытое за чередой пережитых испытаний душевное опустошение.

Да уж, действительно, больнее всего бьют те, кто к нам ближе всех находится! Впрочем… разве он ждал чего-то иного? И желая сменить тему, он повернулся к притихшим и кажется даже всплакнувшим сёстрам.

— Мать сказала про Хелавию… Она что, к вам заходила?

— Кто? Эта сука? — вытаращилась Тамия, а сестра, покосившись на отца, осторожно хлопнула её по губам пальцами. Девушка тут же поправилась: — Эта высокомерная стерва? Она дважды уже домой приезжала и всякий раз с нами не то, что не здоровалась, а даже лишний раз взгляда не удостаивала.

— Тогда откуда подробности? — нахмурился Малк.

— Да от Толфана, — теперь ответила уже Калса. — Толфан к своему отцу регулярно заглядывает и в отличие от некоторых нас как чумных не избегает. — Сестра вдруг закусила губу и, понизив голос, шепнула: — Ты правда с плохими людьми связался? А то толстяк как-то уклончиво говорил, мы ничего не поняли. Ну кроме того, что на нас давят из-за «много на себя берущего» брата… И мы теперь за тебя боимся!

— А вот этого не надо! — строго сказал Малк, прижимая к себе девчонок. — Бояться вообще последнее дело, тем более по такому случаю. Я здесь и, будьте уверены, всё плохое обязательно скоро прекратится. — Тут он поймал проницательный взгляд отчима и уже специально для него повторил. — Будьте уверены!

Скел в ответ лишь устало покачал головой, и было совершенно непонятно, относится ли это к обещанию Малка или к ситуации в целом. Впрочем… какая разница? Главное, что Малк в свои слова верил и собирался сделать всё возможное, чтобы они смогли воплотиться в жизнь. Остальное — не важно!