До тюрьмы Франсуа работал водителем у одного из парижских авторитетов. Не на грузовике, конечно, на лимузине. Это место он заслужил не за красивые глаза, а за много пролитой крови. За очень много. За достаточно даже для урановых рудников. Коронным ударом Франсуа был удар противника затылком об стену. Правильный хват за голову широченной ладонью и вложение силы как в толчок ядра. Именно так он скинул Тима, только без стены напротив.

Франсуа надавил на клаксон. Ту-тууу! Сигнал карьерного самосвала предназначен для того, чтобы его было гарантированно слышно в другом таком же самосвале через грохот десятка движков. Врубил передачу и дал газа. На лестнице в кабину уже висел Студент. Тим, несмотря на неожиданное падение, приземлился на ноги как десантник. Потому что он и был десантник. Догнал самосвал в первые же секунды движения и запрыгнул на лестницу позади Студента.

На первом французском самосвале старший еще думал, помочь своим или бежать. Сигнал «Засада». Насколько она велика? Это негры, берберы или амигос? Или итальянцы предали?

— Огонь! — крикнул Колоб.

«Снайперская группа с корректировщиком», залегшая на возвышенности метрах в трехстах, отстрелялась по первой машине. Вообще, по Белазу сложно промазать даже и с трехсот метров, даже и не будучи снайперской группой. Другое дело, что стрелять по силуэту особого смысла нет. Надо смести водителя и пассажиров у кабины. Кузов не пробить, но это не беда. Потом можно будет подбежать в упор и закинуть в кузов гранату.

В водителя предсказуемо не попали. Кабина оказалась под очень неудобным углом к стрелкам. Но снайпер все-таки пробил лобовое стекло через стекло двери. Водитель занервничал и нажал на газ, не дожидаясь команды.

Может быть, французы и не пришли к единому мнению, но решающей оказалась точка зрения водителя. Полный вперед и горе опозданцам.

Кабина Белаза категорически не предназначена для абордажа. Дверь над серединой колеса, а лестница из трех ступенек без перил сразу за колесом. Над колесом площадка, но на нее открывается дверь.

Студент открыл водительскую дверь и сразу отскочил вперед по площадке, прикрываясь дверью от Франсуа. Тот уже достал пистолет и выстрелил, но на ходу промазал.

Тим вытянул из-за ремня затрофеенный в тюрьме пожарный топор, взял его левой рукой и рубанул по левой ноге Франсуа, держась правой за вертикальный поручень из трубы, приваренный позади двери. Тот резко нажал на тормоз. Студент не удержался и свалился перед колесом. Тим потерял равновесие, но не слетел, а только наклонился вперед. Франсуа расстрелял в него половину магазина и попал всеми выстрелами, в том числе, в голову. При таких ручищах даже на отдачу поправку делать не надо. Тем более, почти в упор.