– Эта девушка утверждает, что была у вас сегодня, – без вступления и малейшего пиетета обратился к женщине мой спутник.

– Клянусь, я не прогоняла её! Она ушла сама! – едва ли не взмолилась та.

– Вы оскорбили меня, – я по-прежнему прохлаждалась, то есть отогревалась с мороза на диванчике.

– Как можно? Я лишь выразила своё профессиональное мнение... – ещё пуще заволновалась она.

– Бестактное.

– Прошу вас, – тихо, умоляюще заговорила она. – Сейчас я принимаю матушку вашего жениха, Её Величество Присциллу...

– Что я слышу?! – из-за двери выплыла та самая злобная мачеха Гедеона, облачённая в траурное чёрное платье.

Эм-м... Разве у них там кто-то умер? Или собирается помирать? Гедеон вроде бы ничего не говорил.

Надо сказать, королева редкостная красавица внешне, но сразу видно, что ядовитая. Как я там говорила? А, вспомнила! Хорошего человека Присциллой не назовут.

– Так, значит, ты та самая обладательница родового кольца рода Дюпрэ?

Как?! Как она разглядела неброское колечко с расстояния двадцати шагов?

– Я, – бр-р-р, аж мурашки по спине пробежали туда-сюда от царского взгляда на меня, как на свежеиспечённый и ароматный продукт жизнедеятельности.

И тут я сообразила, что сижу перед королевой на диване. Развалилась, протянула уставшие ножки.

Пипец.

Это было краткое пособие, как заиметь врага в лице будущей свекрови.

– Простите, – я встала и слегка поклонилась королеве.

«Неземная красотка. Теперь понятно, за что её выбрал батя белобрысика, – прокомментировала Вторая. – Эта даже в свои сорок пять выглядит лучше, чем ты в свои почти двадцать четыре».

«И ты», – усмехнулась я.

Кажись, усмешка отразилась на моём лице.

– Я сказала что-то смешное? – не отрывала от меня взгляда монархиня.