Подумала я, подумала и разом перестала сердиться на маман. Представляю, как тяжело ей было хранить тайну все эти годы. Это ж такой камень на душе.

– Пожалуй, мама была права, что не сказала. Как вернёмся в Сарайск, надо будет забежать к ней в гости и поговорить по душам.

– Согласен с тобой, – грустно улыбнулся Гедеон. – Прости, что каникулы получились такими.

– А знаешь, у меня стойкое ощущение, что всё идёт как надо.

– В таком случае... Самое время провести сеанс исцеления!

Уй, чтоб тебя!

– Не-е-е-ет!

***

Столица вызвала у меня море противоречивых впечатлений: от неземного кайфа во время наших с Тео проделок до знакомства с Нотешей, Ладой Мод и Присциллой Дюпрэ.

Так что назад я возвращалась с полной головушкой размышлений и столь же набитыми сумками разных столичных полезностей.

К примеру, цветастые шерстяные платки на голову с национальным роисским узором, глиняные глазурованные сахарницы, новомодная металлическая форма для выпечки с отстёгивающимся дном и прочее. А ещё я тайно прикупила себе курительную трубку, которую при первой же возможности набью догадайтесь чем. Наш борец ганджубасного фронта не сдаётся! Просто настало время затаиться и мимикрировать под паиньку.

Зато Гедеон приболел и всю дорогу лежал кулем на диванчике кареты. Видимо, стрессы сказались на нём сильнее, чем он пытался показать. И, вот засада, сам себя исцелить он не мог.

«Хочу, чтобы Гедеон прямо сейчас выздоровел!» – пожелала я, но облачко и не подумало вылететь.

Да что не так с этими желаниями?

«О, вот и папочка нам пригодится», – подала голос Вторая.

«Нет уж!» – фыркнула я.

«Кроме него, некому проинструктировать тебя по поводу дара», – аргументировала она.

Права, чертовка. Инструкция не помешала бы.

Гедеон лежал с закрытыми глазами, но из-за поднявшейся температуры его лихорадило. Эх, зря он вчера выложился в ноль во время сеанса.

Я убрала с его лица налипшую прядь и погладила по голове.