Я передала Второй всё, что услышала от дедана, и сестрица чертыхнулась.

«Слышь, сеструх, надо загадать что-нибудь этакое, пока дедан сам не загадал. Я подумаю, как его перехитрить, а ты сделай вид, что соглашаешься с ним. Усыпи его бдительность. А я сейчас протранслирую тебе, что происходит у меня», – сказала Вторая.

– Дедуль, а кого мне в мужья тогда брать, если за обоих нельзя?

– Союз двух государств, объединённый правящей парой, всегда сильнее, чем простой договор о льготах на товарооборот.

– Но я люблю Гедеона.

– Твой союз с младшим принцем будет жизнеспособен только в случае гибели наследного принца. Но даже тогда неподготовленный к правлению сопляк рискует погубить плоды трудов своих предшественников. Или ты повторишь судьбу Жупердильи Креонской, выйдя замуж сначала за одного, потом за второго брата.

– Как-то нерадостно всё это звучит. Мне нужно немного времени, чтобы всё это обдумать и... смириться.

– Конечно-конечно, – по хитрой физиономии старика было непонятно, поверил он мне или просёк хитрость. – Рад был встрече, но мне пора на покой. Старость – не радость. Хочешь жить – соблюдай режим.

Бьюсь об заклад, он не спать пошёл!

Думай, Жупа! Думай-думай!

В голове всплыла строка из стихотворения Аристарха: «Ты словно прыщ на заднице моей!» Вот уж точно...

«Да чтоб у тебя была проплешина на башке в форме фаллоса! – вырвалось у меня мысленное, и голубое облачко не замедлило вылететь, исполняя пожелание. Ох ты ж, какая достоверная форма! Но плюгавость старика моей проблемы не решила, и я пожелала снова: – Хочу, чтобы Тадеуш забыл о нашем сегодняшнем разговоре! – ноль реакции! Неужели банально? – И тогда я решилась на рисковый шаг: – Хочу, чтобы Тадеуш Старз уснул сном спящей красавицы, и только поцелуй любви мог его пробудить!»

«Фьюить!» – голубое облачко резво устремилось вверх.

«Кажется, я только что сделала плохо. Очень-очень плохо. Ибо жена-то у дедана давно уже отправилась на тот свет. Какой ещё поцелуй любви?» – тут же раскаялась я, но предаться унынию не успела, так как узрела в голове картинку происходящего в зале для торжеств:

– Ваше Высочество, – не слишком низко, как бы в знак неглубокого уважения, поклонился Второй мужик в высоком белом парике. – К вашим услугам Гиал Урон, председатель Совета общественности, от лица которого я имею смелость говорить. Разрешите обратиться?

– Вы уже обратились. Говорите, – с трудом скрывая раздражение, ответила сестра.

– Мы очень ценим вашу креативность и магическую силу, но понимание важности общественных ценностей не позволит нам одобрить ваши намерения. Это попрание законов Церкви и нравственности. Нам весьма жаль, но мы не поддерживаем ваше решение...