Всё как у людей. С повальным пролетарским пьянством и поножовщиной по ночам. Ну, это – другая история.

Город окружён этими рабочими посёлками, этими трущобами, выросшими, как грибы на трухлявом пне.

Мне ли бояться пьяных пролетариев? Нет. Но грязь и захламлённость этих трущоб меня напрягает. Особенно ночью. Пусть и багровеет уже рассвет.

Бегу прямо по тракту. Что мне скрываться? Меня тут каждая собака знает. Вот и на тракте каждые 75 метров – блокпост. Дежурный полудесяток вытягивается накараул при моём приближении. С такими скоростями тут бегает только один че… только я, одним словом. Я же не человек. Но по топоту меня уже узнают.

– «Усмешка Смерти» ночует на Северном пути! – кричит один десятник. – На рассвете будут парадом в город заходить!

Бросаю ему монетку в благодарность и за сообразительность. Золотую. Других мне недосуг носить. А парень – молодец. Прочие меня просто до икоты боятся. А этот проявил живость ума, сообразительность. Я его запомнил, я его отметил. Я ему – припомню!

Городские ворота, конечно, закрыты. Но мне они и не нужны. Мы излишними амбициями и ранее не страдали, а недавно и последнюю гордость потеряли. С последней девичьей невинностью. Когда меня собирали обратно из комплекта ЗИП, гордость прикрутить – забыли. Или – забили. Много что забыли. Амбиции, чувство юмора, оптимизм. Веру… Надю и Любу – тоже в комплект не доложили.

Стены тут каменные. Мне, что просто высокая пожарная лестница, лезу, как будто так и надо. Паркур – не, не слышали? А альпинизм? Тоже? Бывает! А вот стража на стенах уже привыкла. Двух сломанных человек хватило. Младшего советника собственной безопасности и помощника главы стражи стен хватило, чтобы они издали приказ о допуске моего подобного и круглосуточного доступа в город.

Тоже привычно – крышами, пробираюсь до дворцового комплекса Сама для доклада.

Змеюку чую издали, бегу от неё, как от огня, презрев требования долга. Пошла она, змея подколодная! К ней на глаза попади! Вдохни её запах! Будешь, как подросток перевозбуждённый, глаза выпучивать и слюни пускать, да майонезом штаны изнутри портить! Нах-нах-нах! Кашляю.

К себе! В мой закуток. Привести себя в порядок. Всё же я рад, что Утырок довёл людей до центра. И довольно споро довёл, молодец! А в каком состоянии, и в каком порядке довёл – увидим.

Глава 2

Глава 2

Под мотив «Имперского марша» коробки «Усмешки Смерти» входят в Северные ворота. Улыбаюсь. О том, что этот марш – «Имперский», знаю только я. Именно этот мотив звучит при пафосных проходах Дарта Вейдера. Даже Сам не догнал это культурное наследие. Как я понял, он успел поучаствовать в легендарных революционных событиях моей, якобы Родины, во всём этом кровавом бардаке и хаосе, что наступил на рубеже веков. И попал сюда сильно обиженный своими «революционными товарищами» в не менее легендарные и ещё более таинственные времена так называемых «чисток». Н, мне теперь всё это – прохладно и фиолетово. Это всё – лишь его проблемы.