Они-то не забыли, что они «по образу и подобию», что они не рабы (рабы – немы!), а отроки Божия, читай – потомки. Дети Бога, внуки Божии. Не важно в каком колене, в каком поколении. Всё одно же дети Божии, потому, потенциально, каждый – Бог. Вообще каждый. Кто не погасил в себе «искру Божию», а терпеливо и настойчиво скармливает ей топливо творимого добра, богоугодных деяний, щедро тратя нерастрачиваемую душу.

Не поймёт же. Она этой лестницы не только не видит, а наоборот – она на вершинах обратной структуры, обратной пирамиды. И вовсе не случайно она, Матерь Драконов и Змея. Королева пресмыкающихся, скользких приспособленцев. Императрица Уробороса. Змеи, пожирающей саму себя. Зримое, материальное воплощение надличности всех недоумков, составляющих это сообщество, этот Уроборос.

Почти богиня. Или не почти. Но с обратно заряженным символом. Хотя тоже вариант! Если есть боги, то должны же быть и их зеркальные, обратные, отвратные противоположности? А почему нет? Если есть святые, должны быть и демоны. Так ведь? И наоборот, если полно чертей, то обязательно откуда-нибудь вывалится свой Илья Муромский, святой праведник, что чертей этих гонять будет.

Именно этим и тянет её ко мне. Разнонаправленные противоположности же притягиваются. Таков закон мироздания. А понять меня она не сможет. И чем больше будет проникаться, чем больше будет пытаться понять, тем неистовее будет ненавидеть.

Противоположности притягиваются. Но при контакте выделяется изрядный выплеск энергии. Вот и у нас так. Меж нами, как раз «искра пробежала». А иногда, при тесном соприкосновении душ, энергия выделяется вспышкой, взрывом. Иногда взаимным уничтожением. Потому надо «контакты разрывать» как можно резче, чтобы дуги коротыша не возникало. Ведь именно при моих уходах от неё и случаются самые острые разговоры, подозрения и прозрения.

А «соединять» эти «контакты» надо как можно реже и на максимально короткий срок. Пока короткого замыкания, расплавления токонесущих частей или неконтролируемого деления ядер не началось.

Но я буду думать об этом завтра. А сейчас надо бы соединить сваркой вон тот ряд ажурных конструкций, чтобы поутру приступить к заливки её жидким камнем. Работать, негр! Солнце ещё даже не встало! Более того, оно и не встанет. Солнце – это не в этой жизни. Возможно, вообще никогда. Потому, пахать, раб! И не звездить! Раб не забыл, что он чернёная белая ворона в стае серых ворон, диверсант в тылу врага, окружённый врагами. И меня, врага, терпят лишь до тех пор, пока я нужен. Если я незаменим, то и живу дальше. Хочешь быть жив – будь полезен.