— И единственная карта в вашей колоде — это я, — снова не удержался, чтобы не сострить я.
— Верно, сынок. Ты — единственная карта, но карта козырная, — кивнул Сэмюэль Геррот.
Я снова на мгновение задумался. Сказал:
— Если сложить все воедино, то даже слабоумному имбицилу понятно, что исход миссии — полный провал. Теоретически шанс успешного выполнения, конечно, есть, но он настолько мал, что даже молекула воды в сравнении с ним — гигант.
— Я ценю твое остроумие и чувство юмора, но нам нужно принять решение, — произнес полковник.
Я усмехнулся. И покачал головой.
— Я восемь лет просидел в тюрьме у черта на рогах. Я привык к той жизни, хотя она была скучна и уныла. Совсем недавно вы выдернули меня из дерьма и дали шанс все исправить. А сейчас предлагаете мне пустить пулю в лоб, надеясь, что она чудесным образом минует мозг и даже не повредит череп.
Снова повисло молчание. Они ждали моего решения, хотя вполне могли отдать приказ, который я по условиям недавно заключенного контракта должен был безоговорочно выполнить. Но они дали мне выбор. Я провел быстрым взглядом по генералу, потом по полковнику и профессору. Затем снова посмотрел на Сэмюэля и произнес:
— Ваш план — это сумасшедший бред от начала и до конца, потому что основан он исключительно на удаче.
— Многие тактические и стратегические планы были основан на одной лишь удаче, но они сработали, — сказал генерал.
— Сработали единицы, а о тысячах несработанных история скромно умалчивает, — возразил я.
— Зато те, которые сработали, вошли в легенду.
Я кивнул и опять улыбнулся. Выдержал короткую паузу и проговорил:
— Я согласен… Потому что тоже хочу войти в легенду.
По коже побежали мурашки, а кровь по венам заструилась с еще большим напором. Я ощутил необычайный прилив сил и желание действовать. Принятое только что решение отразилось на мне как прием стимулятора.
— Мы рады это слышать, сынок. По завершении миссии тебя ждет награда. Мы восстановим тебя в звании и дадим должность командира. Если все пройдет успешно, ты станешь управлять звеном бойцов.
А вот это уже интересно…
— Но сначала нужно выполнить миссию, — вклинился генерал.
— Когда начинаем? — спросил я.
— Завтра утром.