— А ты…
— Сама понимаешь, тут проверить сложно. Но… я как-то интереса ради глянул семейный альбом. Вот, что Наина, что мать её, что бабка замужем никогда не были. И мужиков в доме не водилось. И Наина обмолвилась, что матушке моей надобно было старым порядком, на юга отправиться, там отыскать мужчину какого потолковей. А после вернуться, чтоб уж дома дитя растить. Думаю, так и делали.
— А ваша мать…
— Из дому сбежала. Упрямая… наша беда в том упрямстве. Я вон тоже… бывает головой все понимаю, а сил переступить через себя нет. Вот и остаюсь дурак дураком. Но не о том. У Наины характер был тяжелый даже для ведьмы. Уж вроде меня она любила… действительно любила, но все одно не могла с собой справиться. Все-то ей надо иначе, по её разумению, переделать. С ней, если кто и мог сладить, то только князь. Да и то… так вот, матушке, как понимаю, жилось нелегко. При том, что сама она тоже с норовом. Вот и взбрыкнула, когда Наина снова стала её жизни учить. Сбежала из дому.
И поступила куда-то там.
Не помню, куда.
— Она бы вернулась. Тут дело такое… сила тянет к дому. Даже я, хоть и не привязан, а все одно вдали тосковать начинаю. Не сразу, но… раз в пару лет приехать должен. У мамы все куда сильней было. И злила её эта привязь. А еще любовь вот. Ведьма, когда влюбляется, она совсем разум теряет.
Это да. Это я могу подтвердить.
— Не знаю, любил ли её мой отец или как… я его не застал уже. Главное, что матушка с отцом явились благословения Наины спросить. Уже после того, как расписались, но все равно.
— Дай догадаюсь, она не благословила.
— Ссора вышла. Наина требовала развода. И чтобы матушка при ней осталась, глупости позабыла… ну и в целом, слово за слово, многое друг другу наговорили. А после Наина сказала, что сила все одно заставит вернуться. Что возьмет свое. Что отец мой по-за матушкиного упрямства глупого сгинет смертью мучительной, а ей с тем век жить будет.
Вот…
Сложный человек? Хорошая отговорка, если подумать. Сперва говоришь окружающим гадости, а потом руками разводишь, вроде как не специально.
Просто сложный.
Человек.
И характер сложный.
А как по мне, то заигралась эта Наина в царицу деревенскую. Если к ней тут, как ко мне, с почтением и уважением, то оно и вправду загордиться недолго, увериться в собственной правоте с уникальностью вкупе.
— Матушка тогда и пошла в рощу, чтобы отречься от силы да рода…
Афанасьев потер подбородок.
— Кровью слово запечатала… сильна была в ней обида. Ну и любовь. Любовь — штука такая, она покрепче любой иной отравы будет.