Поставив передо мной чашку чая, Энола садится напротив.

– Почему ты солгала Азраэлю? – спрашивает она. – Ты ведь понимаешь, как сильно он разозлится на Сета.

– Не хотела заставлять его оставаться в нашем мире, а сама не хотела жить в Атлантиде единственной смертной среди бессмертных, – лгу я.

– Хм. – Пери пристально смотрит на меня, словно пытается заглянуть в голову.

Я маленькими глотками пью чай. Очевидно, Сет не рассказал ей об угрозах бывшей Азраэля.

– Его тут же снова заграбастает Нейт.

– Если Азраэль позволит ей себя заграбастать, значит, он ее заслуживает, – закатываю я глаза. Эта мысль меня ужасает, но отныне это не мое дело. – Надолго ты планируешь тут остаться? – Наклонившись, я складываю плед, который просто бросила тут вчера.

– Пока ты не образумишься.

– Я вполне разумна и обратно не вернусь.

– И я тоже.

Энола встает и уходит. В следующие полчаса я ее не вижу. С кухни доносятся странные рубящие звуки и стук, а затем дом наполняется потрясающим ароматом восточных специй. Кто бы мог подумать? Эта пери умеет не только разбрызгивать яд и драться, но и готовить.

После невероятно вкусных и здоровых блюд, от которых у меня случается витаминный шок, Энола удаляется в комнату, где в свое время жил Сет. Мне не нравится это признавать, но я рада обществу.

За прошедшую неделю мы налаживаем быт. Я хожу за покупками, а Энола готовит. Я много сплю и чувствую, как малышка с каждым днем растет все сильнее. Видимо, стремится наверстать упущенное за то время, пока я была вампиром. Время от времени я разговариваю по телефону с Кимми, а еще с Юной и Саймоном, которые вновь поселились в Иерусалиме. Юна рассказывает, что Саймон сделал ей предложение. Я внезапно начинаю плакать в трубку, и Энола раздраженно вырывает у меня из рук мобильный, чтобы поздравить ребят от нас обеих. Потом топает в ванную и возвращается оттуда с огромной пачкой бумажных платков.

– Я никогда не заведу детей, – объявляет пери после того, как я немного успокаиваюсь.

– Я к этому тоже не стремилась. – Всхлипываю. – Никогда еще так не скучала по маме, как сейчас, – тихо признаюсь я, и поток слез возобновляется.

Энола садится рядом и кладет руку мне на плечи.

– Она бы сказала тебе, что такие перепады настроения – это нормально, – тихо произносит пери. – И что за все это тебя ждет просто прекрасная награда.

Я высмаркиваюсь.

– Сколько тебе исполнилось, когда умерла твоя мама?