Мне было так непривычно приятно. Словно мне удалось вдруг сбросить с себя многотонный груз тревог, страхов, боли….

Я оголялся словесно все глубже и глубже, открывая наготу своего непонимания, тревоги, переросшей в желание и решимость победить тьму…

А потом о пророчестве, о миссии, возложенной на меня Творцом…

Лишь об Ангелике, точнее, о чувствах к ней — ни слова.

Это МОЁ. Личное настолько, что я не доверил бы это никому. Даже им…

Тем более что говорить о ней мне было больно.

Особенно после последних непонятных ситуаций.

Я доставил ей неприятности на лекции, был пойман ею на взломе чужого кабинета, да еще и на глазах у полковника де Сантэ. Осталось ли у нее отношение ко мне хотя бы на прежнем уровне? Или я уже окончательно всё испортил?..

Замолчал, когда мысли перекинулись на этот тяжелый эпизод, и ушел в себя.

Очнулся от того, что Макс осторожно сжал мое плечо.

— На самом деле мы очень благодарны Создателю за встречу с тобой, Нэй, — прошептал он очень серьезно. — Это изменило нас. Ты научил нас ценить друг друга и ценить жизнь. Ты открыл в нас удивительные способности и, самое главное — помог понять, кто в этой вселенной наш самый главный враг…

Последние слова прозвучали очень загадочно, и я навострил уши.

Макс и Мара странно переглянулись, а потом парень взял со стола пульт и включил на стене огромный голографический экран.

На нем высветились знакомая звездная карта с названиями ближайших заселенных планет. Некоторые планеты или их части были закрашены красным цветом, некоторые зеленым, а остальные — белым.

— Что это? — переспросил я, не понимая, что же друзья (а я верил, что отныне мы друг другу не чужие) хотят мне показать.

— Красные участки означают, что концентрация существ, пораженных тьмой в тех местах, превышает одного на сто особей. На зелёных участках носителей тьмы немного меньше — один на пятьсот. На белых — один на тысячу особей и выше…

— Подождите-ка, — я торопливо перебил его. — Вы хотите сказать, что занимаетесь… вычислением носителей тьмы???

Я был в шоке.

Все это время я считал, что в этом мире о тьме знаю только я и собственно слуги этой нечисти!

— Именно, — подтвердил Макс. Его молодое лицо с выразительными чертами отражало глубокую серьезность. — Когда мы возвратились в наше время, мы открыли в себе очень многие способности (и это твоя заслуга, Нэй!), и одной из них был дар различать зараженных тьмой существ. Мы различаем паразита не мгновенно, но после хотя бы нескольких минут контакта. В подозреваемом начинают прямо или косвенно отображаться признаки его одержимости: чернеют белки глаз, на коже проступают темные полосы, поведение резко приобретает агрессивность или вспышки неконтролируемого гнева. Несколько раз тьма проявляла себя откровенными сексуальными домогательствами окружающих, но это редкость. А иногда мы с Марой просто «чувствуем» тьму, интуитивно. Конечно, мы не исключаем, что способны видеть только тех, кто уже абсолютно полностью тьме починен, а не тех, кто только-только заразился. Но это уже детали…